Мария Вой / Сиротки, Тэнгу и Апокалипсис

И еще кое-что.

После полутора месяцев бессилия я! снова! начала!! писать!!!
2500 слов за три дня — по моим меркам, ничтожный результат. Но после этой импотентской паузы поцелуй любимой музы, пусть такой быстрый и легкий, бесценен. Возможно, стоило просто проВЕТРиться, поменять обстановку, побыть одной вдали от привычного. Хз, что этим музам нужно.
При этом список того, что мне нужно расширить, отсечь, переписать, обдумать, переставить, отполировать, — все время пополнялся. Масштабы редактуры невообразимы, я придумала, как целую арку целого ПОВА сделать логичнее и красивее, легче просто все переписать 😃🔫
Но сначала я допишу финал.

Как и Мор, после Орды я надкусила 4 романа и все было не то. Поэтому пришлось перечитывать «Террор» Симмонса, который я читала уже очень давно и, видимо, в каком-то бреду, потому что меня сильнее чем в первый раз шокирует, как это страшно и круто. Выбор логичный: безнадежная экспедиция, холод и ветер и уничтожающий конец. Не могу отлипнуть от него так же, как и от Орды.

Как же странно: мне никогда не было интересно читать про тяжелые условия, выживание, экспедиции (и, видимо, в тот первый раз тема мне не была близка, поэтому не прочувствовала). Теперь, уверена, после Террора продолжу искать что-то подобное, гиперфиксация привет.

Из-за какого произведения у вас случилось помешательство на какой-то теме?

Kde domov můj?

Вчера я вернулась в страну, в которую переехала ровно 10 лет назад. Хорошо помню этот день, потому что оказалась в красивом, но вымершем городе с нерабочими магазинами и пустыми улицами, апокалипсис, только без зомби. Позже выяснилось, что 28 сентября — День святого Вацлава. Но у меня теперь другой праздник, сорри Вацлав.

10 лет — с одной стороны, цифра пугает, с другой стороны, я чувствую эти 10 лет. Можно было бы сказать, что в Чехии я нашла себя, но по-моему, дело не в Чехии — просто сформировались лобные доли, больно выбилась дурь, нашлось любимое дело и правильные люди вокруг. Или нет? Без Чехии, как минимум, не было бы «Сироток», а «Сиротки» — инициация, без которой себя не представляю. А без Марка — что бы я делала? А без тату?

Я далеко не сразу поняла, что хочу здесь остаться, а когда поняла, планировала в десятилетний юбилей нести документы на гражданство, чтобы стать частью этой страны по-настоящему. Но все повернулось как повернулось. Считаю ли я Чехию своим домом? Сложно считать домом страну, из которой могут дать подсрачник несмотря на все заслуги и старания. Впрочем, моя родная страна и не на такое способна, хех (понимаете теперь, в кого у нас Биру? Это крайне личный персонаж). Но что бы ни происходило в родной, я скучаю по родным, пишу и думаю не на чешском и не английском (хотя часто мне проще быстро сказать что-то по-чешски или по-английски, чем по-русски. Я разговариваю, как Ричард Сапогов, но еще и с чешскими словечками, это so damn hilarious).

Ладно, это пустое грузево: чехи и сами ни в чем не уверены. Гимн страны начинается с двойного вопрошания: «Где дом мой? Где дом мой?», слово «родина» у них отсутствует (точнее, rodina это семья, ничего похожего на отечество, Vaterland или motherland у них нет). Но… заканчивается гимн двойным же «Среди чехов дом мой, Среди чехов дом мой!». Я гимны и все это государственно-торжественное не люблю, но ход мысли мне понятен.

Kde domov můj?..

Про «Орду»

На Риги дул безумный, сбивающий с ног ветер. Я как раз дочитывала в поезде «Орду встречного ветра», мы на репите слушали этот трек, который мощно сцепился у меня в голове и с горами, и с книгой. Я подставлялась этому ветру, представляя себя то Голготом, то Караколем, пытаясь увидеть его глазами Ороси хоть на йоту… я совершенно одурела от этой книги.

23 героя — Орда — идут многие километры и годы по равнинам, каменным пустыням, болотам и суровым горам, чтобы отыскать Верхний Предел — источник ветра. У каждого своя специализация, характер, голос (23 ПОВа — это вам не хиханьки). Все они узнают что-то о мире, еще больше — о себе и своих товарищах.

Я думала, что ненавижу произведения в стиле survival, но Орда меня поломала и перепрошила. Кроме выживания и преодоления здесь есть совершенно шизоидное внимание к деталям, экипировке, механике ветров, времени и души. Некоторые части с детальным описанием дуэлей, снаряжения и механики мира я, честно, не поняла до конца, и не уверена, что можно понять, но это не портит опыт. Здесь много философии — и Гваттари, и Делез, и что-то от Лакана, в лучших традициях французской литературы (что, судя по отзывам, ужасно возмутило ненавистников «воды», а мне зашло). Лингвистические игры, так как голос и язык тоже меняют мир. Столкновение таких разных характеров. Поэтика преодоления, безумные пейзажи, концовка, которая разорвала мне сердце в клочья. В книге много недосказанностей, о которых я продолжаю думать, пока работаю, смотрю на горы и туплю с транспортной системой Цюриха. Я еще долго не оправлюсь.

Темп повествования очень неровный, какие-то места растянуты, каких-то слишком мало (особенно когда персонажи начинают гибнуть), короче — книга не идеальна, но какая идеальна? Она совершенно точно изменила что-то внутри меня, и это главное. Я даже поняла, чего мне так сильно не хватало в Апо, чего я напрасно боялась и как именно должна привести его в порядок.

В общем, читайте, господа. Это того стоит.

Наверное, про горы и не стоит как-то особо долго трепать языком. Картинки и видео скажут все за себя.
Из Цюриха мы приехали в Люцерн, городок со старейшим крытым деревянным мостом, очаровательным домом трубадуров и средневековым вайбом. Там мы сели на кораблик, который перевез нас через озеро к подножию горы Риги, на которую мы и поднялись по старейшей (в Швейцарии все старейшее, первейшее и древнейшее, хех) зубчатой железной дороге. Риги не очень высокая, 1700 метров, но с нее открывается потрясающий вид на озера и вершины 3000-4000 метров — уже довольно серьезные и суровые Альпы.
Я смотрела на все это и думала: как же хорошо, что родители привили мне любовь к горам. Ничто рукотворное мне так не мило, как скалы и горы. Как в лет 8 я задохнулась при виде плато Лаго-Наки в Адыгее, так и по сей день не могу сдержать слез, когда вижу огромные камни в снежных шапках. Они такие большие, а я такая маленькая. Я уйду, а они будут еще тысячи лет. Я им расскажу, что меня тревожит, а они посмеются и скроются в облаках — но не надменно, скоро напоминая, что мы все песчинки звездной пыли, парящие в пустоте, да и сами мы по большей части пустота, так чего зря тревожиться?
ПС: мы хотели еще съездить в Грюйер, посетить музей Гигера и замок, но к сожалению слишком ушатались / оказались слишком нищими. Ну ничего, в следующий раз. Разрази меня гром, если это мой последний раз в Швейцарии!

Гуляя по Цюриху, мы с Марком задавались вопросом: можно ли стать таким же счастливым и беззаботным, как люди в рекламе минеральной воды швейцарцы? Какие у них проблемы? О чем тужат люди со средней зарплатой в 4000 евро, в стране, которую войны и террористы не трогали столетиями, в городе, который можно весь облизать, такой он чистый, в городе, где в конце сентября +26, до Альп рукой подать, вода такая, словно в ее влили бирюзовые красители, да еще и теплая, иди купайся хоть щас, можно, кстати, голым, если купальник не взял, все в порядке..?

Повезло, что хозяйка нашей квартиры родом из Бразилии, и я осторожно задала ей этот вопрос, как мигрант мигранту. Для нее швейцарцы первое время действительно были как с открытки — успешные, довольные, все у них есть. Но при этом, как утверждает Луиза, платой за довольство оказался эмоциональный интеллект, эмпатия, раздутое эго и прочие капризы единственного ребенка в богатой семье. Если автобус задерживается на минуту — швейцарец очень, очень недоволен. Если что-то идет не по орднунгу, жди беды рано или поздно. Им не хватает внешнего тонуса, чтобы взглянуть на ситуацию с другой стороны, чужими глазами, и стать их близким другом не получится.

Отчасти подобное ощущение холодности вызывают у меня чехи, но чехов сложно упрекнуть в избалованности. Чехи, скорее, подозрительные ко всему, потому холодные. Мы с Марком тоже два sus-слава — так и не привыкли к уровню доверия тут в Цюрихе. Наша хозяйка не запирает двери, и никто их не закрывает. В магазине тебе легко могут подарить какой-то айтем до 3 франков, мне в обменнике простили 4 евро два года назад. В бесплатных туалетах можно 1) помыть голову 2) высушить голову 3) помыть все остальное 4) выкинуть шприц — почему не дают булочку со швейцарским сыром, непонятно. Билеты на транспорт вообще бесят — неистово дорогие, но никто их не проверяет. Я не хочу считать, сколько я бы сэкономила, катаясь зайцем, потому что первые полгода в Праге у меня прокатывало, Гермес на моей стороне — меня просто порвет от жадности.

Завтра, если не устану сильно после работы, расскажу про горы и про «Орду встречного ветра» — свою новую любимую книгу. Надеюсь, тут еще кому-то интересно все это, потому что в последнее время кажется, что канал немножко умер.

Забавно, что моя малая форма редко была фэнтези. Есть у меня одна типа-притча, похожая стилистически на «Сердца влюбленных» (какого хрена меня тянет в Индию?!), мистически-психологический типа-триллер (неплохой, кстати, может и перепишу), недописанный сай-фай опус-магнум про VR, а в 15 лет я писала ОЧЕНЬ СЕРЬЕЗНЫЙ магреализм (?), — но ровно ноль фэнтези-рассказов с драконами и всякими свортеками. Да, в 8 лет я начала писать, конечно же, фэнтези, а в том же 2016 дописала «Детей Аллурии». Но если бы мне сказали, что фэнтези станет моим основным профилем, я бы 10 лет назад (грустно/снобски) поржала.

Может, поэтому мои романы такие нефэнтезёвые. Что «Сиротки», что «Тэнгу», теперь и Апо построены на магическом допущении, но не то чтобы крутятся вокруг одной только магии и не презентуют сильно волшебный мир. Чувствую, что после Апо начну либо русреал, либо городское фэнтези про шизиков с магическим мышлением, решивших, что они слышат голос вселенной и выполняют ее квесты (это кринжовая идея, но я отдыхаю, думая о ней, как будто просится хотя бы попробовать).

Но чистое фэнтези как будто хочется отложить.

(Обычно в тот же миг, когда я что-то заявляю таким тоном, мне приходит очередная идея, от которой я не могу отмахнуться 🥲)

Пока еду на гест-спот, вот вам хохма — рассказ десятилетней давности. Я не стала бы показывать вам такую древнюю и, конечно, не блестящую работу, если бы не внезапная актуальность темы. Марушка 2016-го как-то случайно заглянула в голову Марушке 2026-го, видать.

В рассказе внезапно отразилась непонятно откуда взявшаяся тревога перед… ИИ, роботами и гибридами. Последнее особенно интересно, с этим я и работала.

Еще хочу обратить внимание на то, что вторую девушку зовут Алиса. Рассказ был написан в 2016, Алису запустили в конце 2017. Лол!

Как писала это, не помню — 2016-ой у меня весь в дырах, год был несчастливый, переезд в Прагу дался непросто, зато писала я много. Конкретно этот рассказ даже получил первое место в каком-то конкурсе прозы.ру, в Ростове лежит сборник с ним. Стиль кринж, но редактировать не буду, читайте так, если интересно.

https://proza.ru/2016/11/06/1113

Не так давно рассказывала, как весело было писать «Сироток», но вчера мне напомнили про доказательства того, насколько угарно это было!
В какой-то момент мой Главный Бета так проникся, что создал персонажам аккаунты. Я тогда чуть не задохнулась насмерть от
- мечей Златопыта, который ВСЕГДА ставит бумерскую точку в конце предложения.
- Рейнара, шизоидно поясняющего за грифонов и полетное снаряжение (мы потом подумали, что Рейнар должен быть спокойнее, но решили, что он постит в похмелье)
• Фубара, который умеет и на пианино играть, и рисовать (Морра научила), и все на свете, но скромничает, потому что он идеальный
• собственно Морры с ее high-status намеками на ✨Него 💅
• Латерфольт у него, правда, не пошел — он был моим любимцем, ГБ болел за серьезных мужиков, но один эко-постик все же выдал.

На мои книги нет фанфиков и совсем немного фанартов, но зато есть это. Вспомнить было, как найти в зимней куртке не то что сотку — золотой слиток. И как-то сразу вернулся кусочек той легкости и прикола, последнего спокойного лета, чистого кайфа от творения, пока без шишек, шрамов и тревог.
Кстати, помните друга Латерфольта по имени Тарра? Назван он был как раз в честь Главного Беты, а их взамодействие — Латерф психует и носится как придурок, Тарра умоляет угомониться — списано с нас.