хочется пожалеть культурологов, т.е. нас. Где бы мы ни оказались, у нас не работает техника, пропадает звук, изображение, качество трансляции. Многие из нас историки, философы и филологи, но скрывают это ради любви к изучению культуры. Изучающим культуру никто не рад, их в лучшем случае терпят и считают за неудачников или женщин, что в последнем случае правда. Большинство из нас никогда не были в Большом театре, Дворце съездов, Оружейной палате и аквапарке Лужников. Нас не приглашают на балы, награждения и высокостатусные мероприятия. У нас нет льгот при посещении музеев, как у искусствоведов, но нет и наплевательской атараксии по отношению к искусству, как у философов. На раскопки нас не берут, а в архивах смотрет осуждающе, т.е. мы не историки в душе. Критическая теория и Cultural Studies вызывает у окружающих панику, а словами Адорно, Кракауэр и Фуко пугают детей. Экскурсоводами мы тоже быть не можем, потому что нам скучно. В путешествиях мы смущаем туристов и мешаем им наслаждаться видами и достопримечательностями. На семейных торжествах родственники вынуждены врать гостям, что у нас болит голова, поскольку мы становимся включенными наблюдателями, что тут же отражается на нашем лице. При выражении "традиционные ценности" мы замираем, как мышь, упавшая в ванную, чтобы никто не подумал, что мы этот момент думаем. Качеству наших работ завидуют, но эпистемических интервенций нам не прощают. Культурологов не берут обратно в философы, историки и филологи, боясь, что закаленные страданиями, они будут всех смущать своим междисциплинарным задором и энергией. И только бедная культура иногда смахивает слезу с наших щек, шепча нам слова благодарности в форме категорических императивов и марксовых положений