𝖻𝖺𝖻𝗒𝖽𝗈𝗅𝗅 (𝗈𝗋𝗅𝖺 𝗌.): “После фейковой смерти я не появлялась в Хогвартсе целый месяц. Знакомы…”

После фейковой смерти я не появлялась в Хогвартсе целый месяц. Знакомые, с которыми я хорошо общалась, сначала писали мне письма и ждали ответа, но перестали, когда поняли, что ничего от меня не дождутся. Чего я так сильно боялась, так это того, что родители узнают об убийстве Флинта. И они узнали. Узнали и о моей «смерти», но даже не стали меня искать. Мне казалось, что они затаили обиду и просто решили стереть моё имя с семейного древа.

Я долгое время не выходила на улицу и ни с кем не общалась. Сидела в комнате и пыталась осознать всё, что произошло в ту ночь, когда мне не оставалось ничего другого, кроме как спрыгнуть с Астрономической башни. Это было единственным решением, чтобы не становиться пешкой и убийцей на всю жизнь. Да, мне всё ещё стыдно за тот случай в лесу, и я стараюсь принять тот факт, что всё случившееся нужно отпустить и как-то смириться. Жить дальше. Но статей в «Ежедневном пророке» про смерть Маркуса и мою мнимую гибель становится всё больше. И мне больно. Я не осмелилась выйти к людям и сказать, что всё ещё жива и искренне сожалею обо всём произошедшем, ведь я понимала: мне никто не поверит. Этот год — последний в Хогвартсе. С собой у меня только дневник, перо и чернила. Большего мне и не нужно, чтобы излить эмоции туда, где меня никто не осудит.

Встреча с родителями всё же состоялась, но приняли меня не лучшим образом. Отец с порога начал кричать, повторяя, что они не ожидали от меня подобного позора. Мама лишь стояла в стороне и смотрела на меня с сочувствием. Она ничего не могла сделать в мою защиту, и я её понимала. Они с детства внушали мне, что из меня выйдет отличный работник Министерства магии, но не замечали одного «но»: я никогда не хотела следовать их планам. Втайне от них я рисовала в блокноте эскизы одежды и представляла, как однажды покажу их миру. Но пока это оставалось лишь несбыточной мечтой.

Теперь у меня нет дома. Отец выставил меня за дверь со словами: «Ты нам больше не дочь!». Непреднамеренное убийство однокурсника и побег ранили их слишком сильно. Шли дни. Родители пытались меня забыть и вычеркнуть из памяти. Я временно жила у знакомой и снова пошла устраиваться в ателье — только уже под другим именем и с новой внешностью. Теперь я Се‌львидж. Орла Сельвидж. Из зеркала на меня смотрит азиатка, и никто в жизни не догадается, что в моих жилах течёт испанская кровь. Мне потребовался месяц, чтобы переписать себя заново, оставив нетронутым только имя. Это единственное, что связывает меня с прошлым, и порой от этой мысли на душе становится чуть теплее, но ненадолго — реальность быстро выбивает любую надежду.

Я всё так же продолжаю учиться в Хогвартсе, только под новой личностью. Однокурсники, слыша моё имя, иногда задумчиво сравнивают меня с «той самой, погибшей Квирк». Это звучит горько, но в то же время отрезвляет. Той прежней, наивной Орлы больше нет. На её месте появилась другая — та, что спрятала сердце под крепкий замок и научилась держать оборону. Говорят, друзей нужно держать близко, а врагов — ещё ближе.

В моём же случае врагов нужно держать на расстоянии вытянутой руки, чтобы они ни на секунду не подобрались к моей тайне. Я смотрю на знакомые коридоры замка новыми глазами, кутаясь в мантию, сшитую собственными руками. Пусть они думают, что победили. Теперь я невидимка, призрак среди живых.