Размышляя над постом коллеги, публикуем аналитический комментарий от Samovarova специально для Laboratorium Orientale.
1. Ливия
Появилась информация о том, что в пустыне на юге Ливии, на границе с Чадом у России появится новая база. Выгодно ли это нашей стране?
Вся российская логистика в Ливию шла через сирийскую авиабазу Хмеймим. В случае утраты баз в Сирии, снабжение баз в Ливии, да и во всей Африке станет невозможным. Неизвестно, есть ли рабочие альтернативы для перевалки, например, Эритрея.
Выделение России базы на юге Ливии, на границе с Чадом вызывает скорее обеспокоенность. Чадские наемники и боевики уже давно являются активной и многочисленной силой в регионе, влияющей на положение дел как в Чаде, так и в Ливии и Судане. Ливия — это огромное и плохо контролируемое пространство раскаленной пустыни, через которое тянутся ниточки дорог, а по дорогам — караваны контрабанды с оружием, наркотиками и рабами.
Чадских наемников на юге Ливии тысячи и не получится ли так, что вместе с базой ливийцы передали нам свою головную боль? Если речь об экспорте безопасности, нужны совсем другие мощности и другая работа.
2. Конго
Конго сложно назвать союзником России в регионе, хотя страна воздержалась на голосовании в ООН по резолюции относительно СВО (Руанда — "за").
Однако Руанда несколько лет назад совместно с российскими военными инструкторами помогала наводить и поддерживать порядок в ЦАР, когда армия и силовые структуры были еще не в состоянии оказывать сопротивление вооруженным бандам.
На прошлых выборах в Конго, когда к власти пришел Чисекеди, Россию обвиняли во вмешательстве, причем якобы она не поддерживала, а препятствовала его избранию.
Однако когда ситуация в Конго стала неустойчивой, именно Чисекеди начал активно распространять слухи о прибытии в Конго российских специалистов. Это не помогло вызвать интерес к его поддержке у России, т.к. у президента репутация крайне непоследовательного и ненадежного партнера. Результатом стала нынешняя нестабильность в стране.
3. Судан
Однозначно радоваться успехам нынешнего главы Бурхана, который стал одерживать верх во внутреннем конфликте и восстанавливает контроль над столицей, и называть его "пророссийским" было бы недальновидно.
И Бурхан, и глава Сил быстрого реагированич Хамдан Дагло — участвовали в серьезных военных преступлениях и в свержении президента Омара аль-Башира. Россия поддерживала Башира, однако после революции стала работать с разными политическими силами.
С тех пор Судан представляет собой failed state, вялотекущие беспорядки со сжиганием покрышек на площадях Хартума и периодическими обострениями не прекращаются.
Позднее Бурхан и Дагло устроили еще один переворот, свергнув премьер-министра Хамдока в 2021 г.
В Судане, помимо сложных политических отношений между племенами, есть две основные "партии" — технократы и военные.
Хамдок был проамериканским технократом. Логично было ожидать, что Бурхан наведет жесткий военный порядок, однако внезапно он стал дрейфовать в сторону технократов, осуществил ряд отставок. Хамедти, представитель "военного" крыла, почувствовал себя ущемленным после отставки и поднял мятеж.
За спиной у Хамедти — ОАЭ, Бурхана поддерживает Египет и с недавних пор Запад. После начала столкновений, т.е. в 2023 г. Бурхан встретился с Зеленским в Ирландии.
Украина поставляет суданской армии беспилотники, оружие и наемников. Именно с этим и связан, скорее всего, перелом в конфликте в пользу Бурхана. Сложно сочувствовать победам, одержанным благодаря Украине.
Также публично анонсированная Бурханом имплементация соглашения о создании российского пункта МТО в Судане так и не случилась, несмотря на неоднократные визиты в Москву.
А что же Дагло? Так получилось, что начало СВО выпало ровно на его визит в Россию 22-25 февраля 2022 года. Вот что он тогда публично сказал журналистам:
«Что касается России, то это ее право - действовать в интересах своих граждан и защищать свой народ. Это ее право согласно конституции и согласно закону. И весь мир должен осознать, что это ее право - защищать свой народ».
@orientalpath