Несколько удивительно выглядит перемирие именно сейчас и с таким фарсом в твиттере (X)/TruthSocial. Понятно, что стороны начнут наращивать потенциал для будущей борьбы, но даже так Трамп сможет назвать это «огромной заслугой». Тем не менее прецедент прямого масштабного конфликта между странами ознаменует глубокий сдвиг в региональной системе.

🟠С точки зрения системных аспектов крайне важно, что Израилю удалось выйти из прокси-борьбы с Ираном в прямое противостояние, в котором израильское руководство имеет преимущество. Это концептуальное изменение резко снизило порог эскалации в будущем и создало новую, более опасную реальность, в которой прямой конфликт уже не является гипотетическим сценарием, а становится инструментом в арсенале сторон.

🟠Ключевым стратегическим последствием для Израиля стало успешное подтверждение его способности и готовности к «прямым действиям против Ирана на его территории». Демонстрация военно-технического превосходства, особенно в области ПВО и прецизионных ударов, укрепила израильское сдерживание, но одновременно вынуждает в Тегеране кардинально пересматривать собственные подходы.

🟠Прокси-стратегия Ирана, долгое время бывшая эффективным и относительно «дешевым» инструментом давления, показала свои пределы и уязвимость в условиях прямой конфронтации. Неспособность обеспечить надежный логистический коридор через Сирию (после падения режима Б. Асада) для поддержки Хезболлы в Ливане (ключевое звено в «сдерживании» Израиля), стала серьезной стратегической неудачей. Именно эта деталь подорвала основы иранской региональной стратегии и привела к «прямому конфликту». В этом смысле союзнические отношения с движением «Ансаралла» пока являются наиболее эффективной моделью.

🟠Конфликт также неформально вовлек страны Персидского залива в свою орбиту, как это продемонстрировал иранский удар по американской базе в Катаре. Это создает для государств Залива сложную дилемму: с одной стороны, их безопасность напрямую зависит от сдерживания Ирана и поддержки союзников, с другой — они крайне уязвимы к эскалации на своей территории и стремятся избежать открытого вовлечения в конфликт. Полагаю, что данный эпизод усилил их опасения и подчеркнул хрупкость их положения, что может стимулировать как усиление сотрудничества с внешними гарантами безопасности (США), так и осторожные попытки диалога с Тегераном для снижения рисков.

🟠Полагаю, что несмотря на передышку после 24 июня, конфликт сохраняет экзистенциальный характер для обеих сторон. Для Израиля иранская ядерная программа и поддержка прокси остаются «прямой угрозой существованию». Для Ирана, даже без немедленной угрозы существованию политрежима, прямое столкновение, подрыв его стратегии «сдерживания» через прокси и усиление изоляции ставят под вопрос долгосрочную устойчивость его региональной модели и безопасность правящей системы.

💜В целом, все эти аспекты вынуждают руководство в Тегеране к фундаментальному пересмотру стратегии национальной безопасности в условиях, когда традиционная прокси-модель показала недостаточность, а прямое противостояние чревато катастрофой.

Краткосрочное перемирие, таким образом, является не разрешением кризиса, а паузой для перегруппировки и наращивания потенциала, закладывающей основу для потенциально более масштабной и опасной фазы противостояния в будущем, которая продолжит дестабилизировать и без того хрупкий регион.

➕Трамп, исходя из тактических (полагаю еще и личных) целей, «заморозил» конфликт без создания реальной системы сдержек и противовесов. В стратегическом смысле это мираж над минным полем.

⭐️ t.me/orient_saab