🇷🇺🇮🇷🇺🇸С небольшим опозданием хотел бы прокомментировать возможность России выступить «посредником» в переговорах между Ираном и США по ядерному досье. Учитывая общую напряженность, актуальность такого участия России может быть как никогда высокой, но есть нюансы.

На мой взгляд прямое посредничество представляется маловероятным, в то время как роль поставщика «добрых услуг» выглядит реалистичной и стратегически значимой. Об этом говорит недавнее заявление иранских властей о скором визите Владимира Путина в Тегеран, последовавшее непосредственно за его телефонным разговором с Дональдом Трампом.

Примечательно, что сам американский президент публично обозначил ядерный потенциал Ирана как центральную тему телефонного разговора с Владимиром Путиным.

В чем принципиальная разница между «добрыми услугами» и посредничеством?

Прямое посредничество предполагает активное участие нейтральной страны в формулировании предложений, выдвижении инициатив, разработке компромиссных решений и даже, возможно, ведении переговоров от имени сторон. Для России такая роль в текущем ирано-американском кризисе практически невозможна по ряду причин:

💜Во-первых, Москва не является нейтральной стороной: она является стратегическим партнером Тегерана с глубокими связями в экономической и военно-технической сферах.

💜Во-вторых, отношения России с США по-прежнему находятся в состоянии кризиса (хотя и имеют положительную динамику). Санкционный режим и общая геополитическая конфронтация делают формальное посредничество России политически неприемлемым для США (если не Трампа, то как минимум его окружения) и юридически сложным.

💜В-третьих, Иран, ценящий отношения с Москвой, также может опасаться, что активное посредничество поставит Россию в положение, где она будет вынуждена оказывать давление на Тегеран для достижения приемлемого для США компромисса.

С другой стороны, в международном праве «добрые услуги» не являются полноценным посредничеством с выдвижением инициатив. Фактически это помощь в установлении или возобновлении контакта между конфликтующими сторонами.

Страна-поставщик выступает как «связной»: передает сигналы, создает неформальные каналы или просто предоставляет площадку для возможных переговоров, не участвуя активно в их содержании. Это менее обязывающий и более гибкий инструмент, чем прямое посредничество.