Не ожидал, что публикация про токсичных оппозиционеров вызовет такой ажиотаж среди подписчиков. Реакции у всех разные: кто-то крутит пальцем у виска, мол, шиза накрыла Савчука. Другие просят пояснить, чем отличается токсичный оппозиционер от обычного. Требуют  подробностей,  кем и как формируются списки оппозиции. Есть даже такие, кто абсолютно уверен, что на 5 год СВО работа по выявлению инакомыслия в стране не ведется вовсе. Последние наиболее умиляют… Наивные. 

Поясняю. Списки оппозиции формируются “белыми” политтехнологами “Партии Власти”. Естественно, под надзором местных чиновников. Уже лет 10 по моим подсчетам. Они работают на электоральных полях и пачками пишут доносы при малейших трудностях: на тех, кто мешает побеждать на выборах. В этом сила административного ресурса. 

По моим наблюдениям политтехнологи старой школы еще хоть как-то придерживаются состязательности процесса на выборах, а потому доносы пишут в исключительных случаях. Пришедшая им на смену молодежь безжалостна и беспощадна к инакомыслию: для них важна победа любой ценой, чтоб не испортить резюме и не лишиться чиновничьей должности. Их мало заботит, что доносы ломают чьи-то судьбы. Поэтому сейчас в списки токсичных оппозиционеров начали добавлять всех подряд без разбора. 

Со списками токсичных оппозиционеров начинают работать уже “черные” политтехнологи. Их основная задача выстроить коммуникацию с местными силовиками, опг, спортиками, "нациками", НОДом, диаспорами, казачеством и т.д. в зависимости от специфики региона.  Контакты получают в местной администрации по уже отлаженному взаимодействию. 

Я несколько лет руководил отделом “Контра” на территории ЮВАО г. Москвы. Мне за свою работу не стыдно и раскаяния я не испытываю. Поэтому готов опубликовать несколько ярких кейсов из собственной практики о реально токсичных оппозиционерах. Пробный кейс ниже.

Голосуем смайликами под постом:

Интересно - ставим 🔥
Скучная х@йня - ставим 🥱