Если вам, как и мне, интересна тема эстетики и присутствия в психотерапии и жизни, то вот моя новая статья про интересную идею британского психоаналитика Кристофера Болласа, которая сплелась с важным принципом редактуры текстов и картиной Одилона Редона, французского художника-постимпрессиониста, одного из основоположников символизма в изобразительном искусстве.

Здесь я лишь добавлю, что гештальт-терапия родилась на стыке гештальт-психологии, феноменологии, психоанализа и различных видов искусства, уходя корнями в театр, литературу и философию.

Основатели гештальт-подхода создавали его не в академических лабораториях, а в богемной среде Нью-Йорка 1950-х годов.

Создатель метода Фриц Перлз в молодости серьезно увлекался театром. Он учился у великого режиссера Макса Райнхардта. Из театра в гештальт-терапию пришли понятия «актуального действия», перформанса, экспериментов и знаменитая техника «пустого стула».

Соавтор Перлза, Пол Гудмен, написавший теоретическую часть метода, был известным писателем, поэтом и литературным критиком своего времени.

Лора Перлз (жена Фрица Перлза) была ключевой фигурой, которая напрямую соединила гештальт-терапию с миром искусства.

Если Фриц давал методу напор и театральность, то Лора привнесла в него глубокое понимание эстетики, музыки и телесной пластики.

Лора была профессиональной пианисткой. Она глубоко понимала концепции ритма, паузы, гармонии и резонанса. В терапию она перенесла идею о том, что сессия похожа на совместную музыкальную импровизацию.

Лора серьезно изучала экспрессивный танец (Ausdruckstanz) и сотрудничала с пионерами этого направления. Отсюда в гештальт-терапию пришло пристальное внимание к позам, жестам, дыханию и телесной экспрессии клиента.

Лора сформулировала важнейший терапевтический принцип: «Без достаточной поддержки нет свободного движения». Эту метафору она взяла напрямую из танца и балета.

В Германии, а затем в Нью-Йорке Лора дружила с художниками, поэтами и философами. Она считала, что хороший терапевт должен быть разносторонне развит в искусстве, чтобы понимать сложность человеческой души.