Парадоксальность. Очень точное, как мне кажется, слово определяющее психотерапию. Знаешь как помочь и делаешь всё необходимое — и ни фига не помогаешь. Не знаешь как помочь, не делаешь всё необходимое — и вдруг что-то важное происходит для человека. Казалось бы тогда важно не знать и не делать - но это тоже, конечно, вранье. Потому что всё-таки знаешь ведь о том, как важно присутствовать, интересоваться, свидетельствовать. И это тоже парадоксально не предсказывает ничего.

Настоящая человеческая встреча в терапии, пожалуй, желанна для каждого гештальт-терапевта — но именно она точно парадоксальна, ведь никогда ты её не можешь предсказать. Более того, чем сильнее к ней стремишься и труднее выдерживать её отсутствие, тем вернее получишь не её, а более упрощенное слияние в стремлении избегать боли и конфронтации. Сны — исключительно парадоксальны, но именно они часто, как говорил Фрейд, королевский путь в подсознание и ключи к более полному объёмному пониманию себя. Перенос уже вроде даже и не парадоксален, но покажите мне терапевта, который продолжает без тени сомнения и удивления обнаруживать свой контрперенос. Разве что только тот, кто просто его не обнаруживает.

Парадоксальность терапии кроется где-то между слов, взглядов, строк. И конечно за обыденными представлениями. Потому что если смотреть сквозь естественные установки, мыслить из терапевтического дискурса, говорить из творческого предразличия, то уже вроде ничего такого парадоксального и нет. Особенно когда это мышление прорастает в жизнь и кажется что ты как будто уже такой «прошаренный» во всей этой экзистенциальной неизбежности и куролесице. Но, конечно, нет — сколько терапевтическую позицию не выстраивай, всё равно остаешься в целом человеком, которому ничто человеческое не чуждо. И это тоже крайне важная часть профессии. И в этом, в том числе, ее непарадоксальная парадоксальность.

Мы припечатываем магическое мышление, но восхищаемся чудом парадоксальности терапии. Это ли не парадоксально? Мы повторяем, что терапия — это долго, дорого и без гарантий. А терапевт должен быть ленивым, тупым и аморальным. Как будто именно это людей и привлекает. Многих и правда эта показная парадоксальность привлекает. Но мы-то знаем, что в глубине там всё гораздо интереснее и парадоксальнее.

Разве что искусственный интеллект как будто заставляет нас терапевтов забывать о парадоксальности, возможно потому что он кажется еще более парадоксальным и как будто может нас лишить этого преимущества и работы. Нет, не может. Если не примитизироваться под натиском соблазнов и пользы, которую он может и правда принести, и уже приносит. Просто вспомним, что ведь именно промышленная революция, изобретение конвейера, успехи в науке и новые технологии более ста лет назад парадоксально привели к появлению исключительно нетривиального взгляда на человека в то время в западном мире и возникновение психоанализа. Между тем фотография не отменила живопись, кино не уничтожило театр, более того появились совершенно новые востребованные формы искусства, а живое исполнение классической музыки до сих пор собирает полные залы. Пропорции и масштаб влияния разных форм искусства конечно изменился. И в терапии это тоже будет меняется. Но тем важнее, думаю, будет становиться (не для всех очевидно) то, что не поддается обычной логике, расчету и рекомендательному характеру. И тем ценнее будет то спонтанное, живое, непосредственное — что возникает в человеческом контакте. И может быть еще что-то очень парадоксальное.