Чем активнее ИИ будет входить в нашу жизнь, тем выше будет запрос на подлинность и настоящую человеческую Встречу. Люди и сейчас приходят в терапию, чтобы почувствовать живой взгляд и присутствие другого человека. Дальше это станет еще актуальнее.

По мере развития цифровых технологий будет возрастать потребность не в консультировании и рекомендациях (это ИИ может уже сейчас), а в живом контакте и присутствии рядом Другого. Люди будут приходить в терапию именно за тем, что сложнее всего рационализировать и обьяснить - но важно пережить - глубокий эмоциональный контакт с субьектностью и живыми (отчасти бессознательными) реакциями Другого и на этого Другого. И готовность об этом говорить глядя в глаза друг другу. В безопасном пространстве.

Спрос будет расти именно на сложную эмпатию, работу с переносом и межслойную коммуникацию в глубоко человеческих отношениях, где возможны сопереживание и конфронтация, резонанс и созвучие полифонии телесного, эмоционального, экзистенциального.

А интеллектальное и рекомендательное сопровождение возьмет на себя ИИ, использовать который будут и терапевты, и клиенты. Скоро ИИ сможет замечать паттерны контакта или едва уловимые изменения в дыхании и позе клиента, которые мы возможно пропустили в моменте.

Проактивные ИИ-агенты будут сами находить лингвистические маркеры (например, частое использование определенных метафор или оговорок) на длительной дистанции в 10–20 сессий и за рамками сессий и давать рекомендации в режиме реального времени.

На сессию мы будем приходить вооруженные большим количеством собранной ИИ информацией и уже даже скорректированным поведением и даже мышлением. Но самое глубокое всё равно будет происходить на сессии между Людьми. И тем ценнее будет умение терапевта работать на границе контакта «здесь и сейчас». Сновидение наяву в общем реляционном поле и сотворчество на сессии станет важнее рекомендаций - их ИИ предоставит мгновенно по окончанию встречи.

Что еще останется за терапевтическими отношениями? Думаю это установление границ конфиденциальности, критическое осмысление и обсуждение этических аспектов взаимодействия с ИИ, который станет незаменим. Но одновременно это же будет создавать новые риски, задачи и аспекты осмысления.

В общем интеграция цифры и человека неизбежна, но роль человеческого в терапии, мне кажется, только усилится и станет еще более тонкой, интуитивной, игровой, но подкрепленная особой компетентностью терапевта в поле человеческого опыта. И умением использовать ИИ.

Главное за время постепенного перехода и неизбежной дезориентации на волне соблазнов предоставляемых ИИ, одним важно не скатиться в уплощение и деградацию, а другим не вылететь из профессии.