Мне всегда не нравилось какое-то особое отношение к агрессии в гештальт-терапии. То как превозносят агрессию гештальт-терапевты, не встретишь в других модальностях психотерапии. Пошло это от Перлза, его провокативно-бунтарского поведения как в жизни, порой просто хамского, так и в работе, особенно в период работы в Эсалене, где это начало принимать уже форму шоу. У такого стиля оказалось много поклонников, потому что это четко попадало тогда в нерв эпохи - 60-70 годы прошлого века - время когда в США был огромный запрос людей на свободу и раскрепощение во многих сферах жизни.

Перл оказался настоящим рокером от психотерапии. Это привело его на обложку журнала Time и предопределило популярность гештальт-терапии. А вместе с этим и закрепило важное положение понятия «агрессии» в гештальт-подходе, где «агрессию» стали подавать как важный и даже необходимый ингредиент в жизни человека. Агрессией стали называть вообще любое активное действие, небходимое человеку для реализации его потребностей. Хотя у агрессии есть важная коннотация отличающая её от активных действий - это направленность действий на разрушение целостности чего-то или кого-то. Но далеко не любое активное действие обязательно направлено именно на это. Хотя понятно, что можно всё довести до некоторой крайней формы и тогда то, что я дышу воздухом рядом с кем-то это уже агрессивный акт. Но по мере движения в своей личной терапии и развитии практики, размышляя над феноменом агрессии в жизни человека, я стал по-другому относится к ней, я бы сказал глубже и сложнее. Более того, думаю вы замечали и такую вещь: многие опытные гештальт-терапевты говорят о важности агресиии, но делают это совершенно неагрессивно. Дальше я постепенно (скорее всего не за один пост, а получится их серия) постараюсь объяснить не только зачем (с точки зрения терапевтической работы), но и почему (с точки зрения личной трансформации).

Я согласен с тем, что агрессия - часть жизни. Но когда мы говорим что это хорошо, мне кажется это звучит очень однобоко, исключительно с индивидуалистического взгляда на поведение человека. Потому что как только мы начинаем рассматривать человека в его взаимосвязи с другими, а не в исключительном удовлетворении своих потребностей совершенно не учитывая потребности других, мы обнаружим все риски и последствия агрессии. В этом смысле теория ментального метаболизма Перлза и концепт цикла контакта, который активное закрепился в гештальт подходе уже после него, активно используется как аргументацию, но мало кто говорит, что эти модели при всей их важности, не панацея и они имеют свои ограничения, прежде всего в том, что они мало учитывают интересы другого человека и нашу взаимозависимость, особенно в близких отношениях.

Когда мы говорим про цикл контакта, то другой человек там вроде бы присутствует. Но заметьте, не как субъект, а скорее как объект, как функциональная единица, стоящая на пути удовлетворения моих потребностей, прежде всего. Поэтому, конечно, агрессия здесь важна, ведь речь идет об использовании внешней среды в своих интересах. Другой как Иной, как равноценный важный Другой здесь отсутствует. Это те самые пресловутые отношения «Я - Оно» от которых мы стараемся отходить в современной психотерапии. Другой именно как Другой появляется только в теории Диалога. Но прежде чем говорить об этой, во многом кардинально меняющей видение, что такое контакт, теории, я хочу вот что заметить. Агрессия нам нужна ведь не только, чтобы разрушить целостность внешней среды, чтобы что-то получить из нее, но и чтобы начать по-настоящему из нее выделяться. Вот что, по всей видимости, было истинным мотиватором агрессивности и бунтарства Перлза и людей, которые положительно оценивали его вклад в психотерапию - потребность в аутентичности и признании (через сепарацию). И с этой точки зрения возможность, готовность, способность быть агрессивным человеку необходима.