Вчера был день психотерапевта. Я рад, что я в этой профессии. Кроме того, что это вполне себе ремесло, помогающее жить своим трудом. Это еще и очень интересное занятие, помогающее распутывать неординарные конфликты и нетривиальные дилеммы в жизни. И находить свои, важные решения, чтобы не тонуть, не теряться, не захватываться аффектами, но чуть яснее присутствовать, а значит больше давать шансов интересу, творчеству, спонтанности, любви.

Быть психотерапевтом сегодня это значит иметь такую сложную оптику взгляда на жизнь, людей, отношения, которая помогает полнокровно и полноценно жить даже сквозь неизбежные потери, горе и разочарования. Более того, находить смысл и красоту. Не всегда, не со всеми, не постоянно, но всё же иногда находить.

Я всё больше прихожу к выводу, что в психотерапию приходят в связи с тремя жизненными вызовами, прорастающими из расщепления. И определить это расщепление можно по-разному.

1. Расщепление на хорошее и плохое. Парадигма травмы / невроза / прерываний контакта
2. Расщепление на внутреннее и внешнее. Парадигма диалога / поля
3. Расщепление на подлинное и поверхностное. Экзистенциальная парадигма.

Все эти расщепления по сути про одно - что и мир, и человек не идеальны. И нам приходится по мере усложнения жизненных вызовов и кризисов (то есть взросления) научиться жить с этим.

В какой бы парадигме и с каким бы расщеплением мы ни работали в терапии, это всегда лежит в плоскости отношений, в том числе и терапевтических. И вот внимание к этому процессу (и вообще ко всему как процессам) вскрывает наши неизбежные расщепления и то как мы с ними обходимся.

Если мы их не замечаем, не принимаем, не учитываем в своей жизни и не умеем относиться здесь к себе (и другим) с сочувствием, заботой и достоинством, мы, как правило, страдаем.

Если же постепенно мы начинаем видеть их, замечать как из них прорастают трудности нашего существования и учимся обходится с ними чуть более осознанно, то постепенно находим для себя успокоение в том, чтобы жить в мире со всем набором неизбежных трудностей нашего бытия.

Со стороны это часто выглядит как крайняя степень странности, иногда как волшебная проницательность или даже как жесткость и доброта одновременно. Но думаю дело в готовности, а потом и в способности глубже чувствовать и шире смотреть. Но почти всегда это парадоксальным образом постепенно вызревает из личных кризисов, невыносимой боли, стремления жить и разбираться с тем, что непонятно.

В общем крайне интересная, умная и очень человечная профессия у меня. Не панацея от ошибок, но возможность прорастать сквозь них навстречу себе, другим и жизни. Мои поздравления тем, кто уже в ней или на пути к её освоению!