Одна из самых нетривиальных и можно сказать disruptive (взрывных, подрывных, прорывных) концепций в современной психотерапии, которую, часто неверно понимают, это теория поля. Упрощенное высказывание «всё связано и всё на всё влияет» теорию поля (по крайней мере в гештальт подходе) не раскрывает в полном мере, потому что теория поля необычна прежде всего тем, как она смотрит на то, что такое Я и контакт. Обычно мы как считаем: Я - это устойчивое внутреннее устройство человека. Из взаимодействия разных Я и создается контакт. Согласно теории поля, как раз наоборот, Я только появляется, и поэтому каждый раз уникальным образом воссоздается, на границе контакта. То есть не Я каждого создают контакт, а из контакта появляется Я каждого. Звучит совершенно безумно, не правда ли?

Но даже это объяснение не совсем корректно, потому что никакого Я в привычном для нас понимании в теории поля нет. Поэтому в полевой перспективе мы оперируем понятием Self - и это не стабильная психологическая сущность или четкая структура личности, это динамический процесс творческого приспособления человека к внешней среде, включающий в себя всю совокупность контактов человека. И каждый новый контакт,создавая новый опыт, меняет Self. Соня Нэвис, соосновательница Кливлендской школы гештальта, в свое время дала такое определение Self - это дрожащая на ветру масса моего потенциала.

И тогда главная стратегическая задача терапии заключается не в поисках причин текущих трудностей человека (хотя это конечно снижает тревожность и захваченность травмой), и не в том, чтобы менять своё Я, оно и так постоянно меняется в зависимости от конкретных Других рядом, а в том чтобы исследовать КАК разворачивается Self прямо сейчас в контакте и что ему может мешать в реализации себя подлинного в контакте сначала с терапевтом, а потом и за рамками сессий. Осознавание (то есть обнаружение себя телесно, эмоционально, экзистенциально) текущего опыта, редуцирующего или обогащающего Self, и расширяет возможности выборов человека. Потому что Self - это не просто бытие человека, это бытие-человека-в-мире-с другими-здесь-и-сейчас.

Для большинства людей это настолько непривычный фокус внимания, что требуются порой месяцы и годы, чтобы стало возможным сначала смотреть на своё взаимодействие с терапевтом под таким углом, а потом и проживать себя в этом. И тогда терапия уже не про то, что происходило когда-то или происходит где-та там, а про то, что происходит между нами прямо здесь-и-сейчас и как этот опыт проживания происходящего высвечивает настоящее и влияет на мою жизнь. Присутствие всем собой в процессе диалога и осознавание себя и того, что происходит между нами и создает основу для наиболее полного проактивного выбора человека. Полевой подход помогает смотреть на изменения и выбор как динамические реляционные (в основе которых отношения) процессы, учитывая тем сам самым более сложную картину мира, себя, людей и происходящего между нами.

Процесс сознания, осознающий сам себя, в контакте с Другими. Вот главный фокус внимания в полевой перспективе. Это помогает видеть более многослойную, амбивалетную, переплетенную картину происходящего, где нет правых и виноватых, но есть участие каждого в происходящем. Когда мы умеем замечать, исследовать и обсуждать происходящее между нами в диалоге и отношениях в таком ракурсе, то оказывается мы выходим из заколдованного круга обвинений, оправданий, преследования, защиты или спасения. А значит появляется шанс чуть более полного и свободного воплощения своей подлинности (и это уже отдельнаый интересный вопрос - что это такое через призму теории поля) в жизни. Звучит интересно, но сложность в том, что такой дискурс и видение реальности в полной мере возможно когда развиты навыки эмоционального интеллекта, иначе велик риск вместо полевого подхода скатиться в слияние или демагогию. Именно поэтому пока слабо развита эмоциональная осознанность (способность различать, называть, проговаривать, проживать в присутствие другого свои переживания) использовать полевой подход в работе и жизни может быть довольно затруднительно.