Думать и действовать - вот чему меня всегда учили. И это привело к тому, что я получил хорошее образование и рано сделал карьеру. Однако это не сделало меня счастливым. Но привело в итоге в гештальт-терапию, где я постепенно начал открывать для себя, а потом и для других эстетический, этический, экзистенциальный слои своего существования.

Оказывается радость, злость, страх, грусть и другие эмоции взаимосвязаны и каждая по-своему важны и нужны. Ни зависть, ни ревность, ни обида не мешают, а наоборот, будучи осознаваемы и обсуждаемы, могут помогать строить близкие отношения с другими, а стремление всегда быть на позитиве и правым их разрушает.

Оказывается эмоции, если всё их разнообразие не запрещать, не обесценивать, не цементировать стыжением, а уметь их замечать, проживать, осмыслять, то на них можно опираться в самых сложных ситуациях, чтобы принимать субъективно точные решения, даже если они трудные, но зато свои, а не слепо отрабатывать чужие ожидания и манипуляции.

Оказывается осознанность и этика скорее вырастают из способности присутствовать, а не из моральных принципов и борьбы за справедливость. Стратегически жизнестойкость невозможна без принятия своей уязвимости и ограничений, а надежда без учета реальности становится токсичной. И в способности выдерживать неопределённость и быть в одиночестве ресурсов для долгосрочных отношений больше чем в любых клятвах и обещаниях.

И оказывается, что психотерапия - это только на начальном этапе, порой затяжном, про уменьшение страданий и про поиски счастья через восстановление и развитие своей чувствительности, но чем дальше, тем больше это для меня в целом про качество бытия и осмысленную, осмысляемую, проживаемую жизнь, где переплетены радость и грусть, улыбки и слезы, боль и наслаждение. И как символична здесь игра слов во французском языке, где слово «наслаждение / jouissance» звучит ровно так же как фраза «я слышу смысл / j’ouis-sens».