Как?

Для меня, это, пожалуй, основной вопрос психотерапии. Как устроен мой психологический опыт, то есть как я обращаюсь с собой в своих внутренних диалогах? Каковы мои привычные стратегии взаимодействия с другими? Как, каким образом моя жизнь укореняется в определенное русло и как она меняется?

Внимание на «как?» прежде чем включаться в стремление действовать во что бы то ни стало, и стоящий за этим вопрос «что делать?», и, особенно, прежде чем искать виноватых или корить себя («кто виноват?») и помогает происходить изменениям естесственным, а не насильственным путем.

Естественный путь изменений пролегает через внимание к своим чувствам, телу и осмысление происходящего, через внимание к контакту, диалогу, отношениям, в том числе и через разочарование и горевание, на месте которого и зарождается новое. Насильственный же путь рождается из примата идей перед чувствительностью и диалогичностью, из ригидности границ, невыносимости присутствия, требований и преследования вместо сочувствия и заботы.

И, порой, в психотерапии занимает довольно много времени, чтобы заметить сопротивление тому, чтобы «как» стало важным фильтром внимания. Это очень понятно, ведь там где трудно, больно и особенно невыносимо, хочется не замедляться, чтобы внимательно рассматривать, а, наоборот, оттуда «надо» как можно скорее убежать, ведь именно так и пришлось в своё время выжить, именно ценой урезания чувствительности ради сохранения важной связи или просто жизни.

В некотором роде смысл психотерапии и есть в том, чтобы освоить парадигму «как?», восстанавливая способность это «как» проживать, переживать, осмыслять во всей своей сложности, многослойности, амбивалентности, опираясь на всего себя в контакте с Другим, а не вязнуть в нерешительности или импульсивных реакциях, заходя на очередной привычный виток порой упрощающих и часто преждевременных «что делать?» и «кто виноват?», особенно когда ярким и навязчивым становится не то вопрос, не то восклицание «Доколе?!»