В психотерапевтическом дискурсе раньше или позже возникает тема личных опор (на что я опираюсь для поддержания своей устойчивости и спонтанности). Интересно, что по мере движения в терапии и опоры эти могут меняться, развиваться, доуточняться.

Расскажу на примере одной из таких опор для меня - музыки. Она всегда была для меня чем-то особенным, очень важным, помогающим в сложных ситуациях, сопровождающим мои состояния. И чем внимательнее я становился к себе, своим эмоциям, их проживанию и осмыслению, тем сильнее расширялась палитра моих музыкальных пристрастий, постепенно смещаясь от рока и других современных стилей в сторону джаза и классической музыки.

Сначала это было движение скорее интуитивное, наощупь, потом добавилось осмысление, в том числе и биографий любимых композиторов. И чем больше я доверял себе и своим чувствам, шёл за своим интересом, тем яснее для меня становилась и сама музыка. В какой-то момент я начал обнаруживать, что оказывается мне, например, больше нравится звучание определенных инструментов (виолончель, но не скрипка, или труба, но не фортепиано). Это приходило периодически накатывающими волнами и длилось не один год, прежде чем я разрешил себе не любить общепризнанные шедевры, а следовать зову сердца, искать именно свою музыку.

Так я осознал, что мне не близок Моцарт почти совсем, а у Бетховена мне нравятся далеко не самые хитовые симфонии. И оказывается я вполне люблю фортепиано, просто для меня ближе всех в этом смысле сочинения Рахманинова, а дальше подтянулись Шуман, Лист, Скрябин, Прокофьев и многие другие. Постепенно эстетика сплеталась со смыслами, ценностями, экзистенциальными выборами.

Иногда моё продвижение происходило совершенно неожиданно, например, когда я улавливал переживание восторга и трепета (об этом чувстве недавно была прекрасная статья здесь: https://monocler.ru/awe/ ) от фоновой музыки где-то или саундтрека в фильме и тогда я её шазамил и слушал другие произведения этого автора. Так я открыл для себя Малера, Вагнера, Мендельсона и постепенно понял, что гораздо больше чем красивые мелодии в классической музыке мне нравится нелинейность, неочевидность, нетривиальность повествования, амбивалентность и полифония на единицу звучания, когда музыка как будто переливается разными гранями эмоций и это дает мне такое переживание творческого динамического равновесия, что никаками словами не передать. И думаю во-многом, эта глубина, выразительность, многогранность стали доступны для меня именно благодаря терапии.

Таких опор может быть множество, у каждого они, очевидно, свои и желание их находить, исследовать, раскрывать может превратить как терапию, так и жизнь в объемное чувственное приключение. Да, чтобы до этого добраться, порой, приходиться продираться сквозь мудрено устроенные психологические защиты, иногда непонятные, часто болезненные, порой кровоточащие участки опыта, но оно того стоит, да и процессы эти часто параллельные, ведь опоры можно воспринимать не только как прочные конструкции, но и как живые, сопровождающие, развивающиеся и развивающие процессы.