Walk the talk.

Уметь прямо говорить о том, что важно и, при этом, быть способным выдерживать паузу и проживать то что есть, в том числе и фрустрацию своих ожиданий - важные умения, которые приобретаются в гештальт-терапии. Но без умения превращать свою свободу, делая выбор, в конкретные действия, без готовности жить в соответствие с тем, что говоришь и переживаешь, все это рискует превратиться лишь в пустой трёп.

В гештальт-терапии наша цель - это выбор. Выбор через осознавание. Работа терапевта - это помощь в восстановлении полноты этого выбора. Проводить изменения или нет - это дело самого человека, но помочь ему расширить возможности для выбора - это дело терапии. При этом, мне кажется важным, осмысление и того, а к чему приводят мои выборы, насколько то, что я делаю и какие результаты получаю, мне подходят, нравятся, устраивают, говоря более глобально - куда, насколько, как меняется моя жизнь.

Во-многом это вопрос того, насколько я могу принимать и усваивать опыт, через который прохожу. Потому что если я не усваиваю свой опыт, не превращаю его в целостное переживание и далее в делание того, что мне важно, всё возвращается на круги своя. Сложность в ассимиляции опыта может быть обусловлена таким прерыванием/способом организации контакта как эготизм (об этом я писал подробнее здесь: https://u.to/or6tHA).

Но главное это не специальный термин или ярлык, который мы можем наклеить на то или иное поведение, а исследование того как это устроено в опыте и проявляется прямо здесь, в отношениях с терапевтом. Например, если человек приходит к каким-то важным выводам для себя на сессиях, а потом мы опять и опять к этому возвращаемся, как будто никаких выводов и не было сделано. Это интересный феномен нашего взаимодействия и тогда мы можем исследовать как же так устроен наш контакт, что это воспроизводится раз за разом?

И здесь широкое поле для анализа - это могут быть и привычные автоматические паттерны поведения, и убеждения, усвоенные давно и теперь незаметно влияющие, и текущий контекст жизни, и физическое состояние, запускающее некоторые переживания, и в том числе и то, что, я как терапевт, делаю или не делаю и это тоже влияет. И вот когда становится яснее как все это устроено, с этим можно более осознанно обходиться. Например, мы можем договориться, что будем оставлять немного времени в конце встречи, чтобы обсудить выводы и последующие действия в связи с этим, а следующую встречу начинать с обсуждения того, что получилось, а что нет, и почему.

Немного похоже на то, как это происходит в коучинге. Различие в том, что в терапии, исследуя этот вопрос, мы можем выйти на некоторые места трудного опыта, травмы, и тогда будем слой за слоем разбираться с тем, что происходит, делая фокус не на необходимости достижения результата, а на оживлении, насколько это возможно, этих мест и развитии жизненной силы, из которой дальше движение к желаемым результатам будет происходить естесственно, без насилия над собой.

В гештальт-терапии мы говорим о важности и внимании к тому как устроены наши психологические процессы. При этом, это не значит, что действия и результаты не важны. В конце концов именно наши поступки, а не разговоры о них, помогают налаживать свою жизнь. И в этом смысле гештальт-терапия вполне себе поведенческая терапия. Какие выборы делает человек - это его дело, и его ответственость, но часто осознание того, а КАК это у меня устроено и что за этим стоит, может в корне менять и сами выборы.