Не потому что данные стали менее важны. Наоборот.
А потому что в современных цифровых системах ценность всё чаще создают не сами данные, а цифровые активы, построенные на их основе.
И вот здесь начинается интересное.
Данные сами по себе — это ещё сырьё.
Цифровым активом они становятся только тогда, когда у них появляется структура, контекст, владелец, правила использования и связь с деятельностью компании.
Например, список задач — это данные.
А модель производственного процесса, где связаны фичи, решения, ограничения, техдолг, агенты, проверки, релизы и ответственность, — это уже цифровой актив.
Он не просто “лежит в системе”.
Он помогает принимать решения, управлять изменениями, снижать ошибки и передавать знание между людьми, процессами и агентами.
И вот тут одной роли CDO уже недостаточно.
CDO может отвечать за качество, доступность, безопасность и использование данных. Но кто отвечает за то, чтобы данные превратились в знание? Кто следит, чтобы это знание оставалось связным, актуальным и пригодным для работы? Кто управляет смыслом цифровых активов, а не только их хранением?
Мне кажется, здесь неизбежно появляется рамка CKO — Chief Knowledge Officer, или шире — офицеров знания.
Их задача — не “вести базу знаний” в старом скучном смысле. База знаний, брошенная в угол корпоративной вики, обычно быстро превращается в кладбище PDF-динозавров.
Речь о другом: о владении знанием как цифровым активом.
Такой актив должен иметь:
— понятную структуру;
— владельцев и зоны ответственности;
— связи с процессами и решениями;
— правила изменения;
— историю происхождения;
— возможность использования людьми, алгоритмами и AI-агентами.
Особенно это важно в агентных системах. Если агент работает с неструктурированным контекстом, он неизбежно начинает угадывать. Если же он опирается на управляемый цифровой актив — словарь, модель, ограничения, решения, связи, — он становится частью производственного процесса, а не генератором уверенного тумана.
С этой точки зрения знание — это следующий класс цифровых активов после данных.
Сначала компании учились управлять данными.
Потом — аналитикой на основе данных.
Теперь придётся учиться управлять знанием, которое связывает данные, процессы, людей и агентов в единую систему.
Поэтому для меня CKO — это не модная новая должность ради красивой аббревиатуры. Это ответ на очень практичный вопрос: кто в компании отвечает за то, чтобы цифровые активы были не просто наборами данных, а работающим знанием?
CDO отвечает за данные.
CKO — за превращение данных, моделей и контекста в управляемые цифровые активы.
И чем больше в компании автоматизации, AI и агентных процессов, тем дороже становится отсутствие этого слоя.