Ранняя онкодиагностика уже давно важна и популярна:

➜ Врачи и пациенты видят из клинических исследований, что чем раньше обнаружена опухоль, тем выше вероятность её вылечить.
★ Опухоли поздней стадии практически неизлечимы, потому что они уже мутировали, метастазировали и сделать с ними ничего нельзя. Для многих раков обнаружение на ранней стадии является ключом к спасению жизни.
➤ Задача — найти в пациенте биомаркер, который предсказывает рост опухоли до того, как она выросла.

➜ Учёным разрабатывать методы онкодиагностики легко и приятно.
★ Им понятно, что делать: идёшь в ближайшую онколечебницу и ищешь всё, что отличает больных со здоровыми.
➤ Находится очень много всего: от разнообразных биомаркеров в крови до изменения газового состава дыхания и ЭАК-КГР.

В результате уже лет десять назад было разработано несколько методов ранней диагностики, которые показывали очень даже неплохие результаты в клинических испытаниях. Самым первым и самым ярким биомаркером оказался ПСА, который очень точно предсказывал активизацию в пациенте РПЖ (рака простаты). Клинические данные были настолько убедительными, что регуляторы всего мира одобрили ПСА и допустили в клиническую практику.

И вдруг случился коллапс. Общественные расходы на лечение РПЖ резко выросли (потому что стали лечить пациентов, у которых ещё нет опухоли), а вот смертность от РПЖ ну совершенно не упала. Злые языки говорили, что смертность даже возросла, потому что значительная часть ранних пациентов стала умирать от лечения, а не от РПЖ.

Тут не смогли не вмешаться Минздравы и честные врачи. Они разъяснили, что проблема чрезмерного диагностирования и лечения (overdiagnostics and overtreatment) столь же страшна, как и проблема поздней диагностики. После этого биомаркеры вывели из рекомендаций и лечение стали назначать снова по факту обнаружения опухоли на разного рода снимках: рентген (маммография), КТ, МРТ. Беда в том, что, как мы обсудили, обычно это уже слишком поздно…

Медицинский мир нехотя принял решение усложнить онкодиагностику: сначала надо делать ранний многораковый тест на обнаружение опухолевого процесса в организме (по-английски это называется MCED-тест), а потом уже более подробно изучать тех, у кого детектирован опухолевой процесс.
➜ Врачи и Минздравы этим не очень довольны: если у пациента MCED-тест предсказывает высокую вероятность онкопатолгии, а на снимках опухоль ещё не видна, то совершенно непонятно, что с таким пациентом делать. А пациент при этом нервничает, недосыпает и грозит начать бить стёкла.
★ Тем не менее, деваться медицинскому сообществу некуда и волна MCED поднимается по всему миру. Собственно, я обьявил неделю онкодиагностики, потому что вышла очередная волна свежиз статей и обзоров по MCED и стало понятно, что, если восстание предотвратить не удаётся, то надо его возглавить.
➤ Сейчас в нескольких постах буду об этом подробно рассказывать.

Ключевым фактором популярности MCED-тестов является то, что они становятся важными не только для врачей, а для самих пациентов, которые имеют минимальную молбиологическую подготовку и желание заботиться о своём здоровье. На языке бизнеса говорится, что MCED-тесты выходят из B2B в B2C и это сразу становится совершенно другой коленкор.

Как мы обсуждали, пациентов, выбирающих бороться за здоровье, много: например, они великолепно описаны в книге Нелли Воскобойник. Завтра-послезавтра я опишу конкретные кейсы, в которых такая борьба становится не только уместной, а прямо вот необходимой для мыслящего человека. Опишу непосредственно на своём примере. Будет горячо! Не переключайте наш канал!

А пока привожу список доступных в мире MCED-тестов из свежайшего обзора:
• США: Galleri (GRAIL); CancerSEEK (Exact Sciences)
• Германия: Trucheck (Datar Cancer Genetics)
• Япония: AICS (AminoIndex Cancer Screening)
• Китай: Cancer DiffAnalysis (AnPac Bio)
• Вьетнам: SPOT-MAS (Gene Solutions)
• Россия: Раковый антиген СА-62 (Онкодиаг)

В следующих сериях буду объяснять, почему это всё важно, как это работает, и что делать.