Мне очень хотелось верить, как верил он, что воздух есть разумный дух. Но моя паранойя наполняла пространство, и у каждого прохожего была стальная аура. «Пожалуйста, Господи, не дай пойти снегу, когда мне нужно лететь», — сказал он и ускользнул. Мое женское тело, тяжелое, когда-то производительное, и миниван для детей с ревущим мотором, казалось, слились воедино. Это был Дублин и в то же время не он.
Священник велел мне молиться за людей, которые беспокоят меня, называя их имена во время молитвы. Он сказал, что имя присваивается человеку еще до рождения и потому священно. Потом он благословил меня. Выходя, я чувствовала, что волочу свой скелет, как ворох веток. Ведь скелет не клацает под кожей, а больше похож на отпавший от дерева хворост, обернутый тканью.
А еще Paris Review выложил в открытый доступ архив с текстами Фанни Хау