Холод или огни небольшого моногорода

Сегодня 72 года городу Инта

«Бр-р-р-р, как холодно!». Пронизывающий до костей ветер настойчиво трепал полы моего пальто. Отшлифованное румянцем лицо я старался прикрыть перчаткой, но это всё равно не помогало, я весь дрожал. А ведь мне надо пройти ещё метров триста-четыреста… «Блин, что я тебе, Господи, сделал такого, что теперь вынужден мёрзнуть в этом северном городе,» – первое, что пришло в голову в эти минуты, – «родился бы где-нибудь в Африке, чёрнозадым папуасом прыгал сейчас бы на пляже…» Господь молчал, я упорно шёл вперёд. Столь же нескрываемым упрямством ветер дул мне в лицо. «Проклятье…»

Инта… Яма в переводе с языка коренного коми-народа... Инта-яма… На пересечении двух улиц на фоне разрушенных бараков стоит на двух ржавых металлических ножках плакат, раскрашенный неуместными яркими цветами и красками. Его надпись гласит: "Наш город – наша судьба!"... Точнее не скажешь... Вот приговор… Судьба… Твоя судьба… Мороз по коже... Молчаливый ужас… За что же, Господи?.. Ещё до рождения меня осудили, потому что дедушку со всем семейством сослали из солнечной Украины на лютый Север, с загадочных Карпат к ледяному хребту дикого Урала. Когда, возвращаясь из отпуска, подъезжаешь к городу, ты видишь эти белоснежно-острые челюсти Урала, и сердце сжимается от тоски, тебя всего пропитывает неопреодолимая жуть безысходности. Особенно после того, когда понимаешь, что всего несколько дней назад ты видел совершенно другие картины. Буйство огней мегаполисов… Роскошный ад... Водоворот толпы… Симфонию архитектур… А тут на тебе! Тебя выбросило из вихря страстей на край земли! Чуть ли не за полярный круг! Опля! Если летом среди жителей этой Гипербореи наблюдается хоть какое-нибудь движение, то к зиме всё останавливается, замедляет свой ход. Всё погружается в кому, в берлоге начинается зимняя спячка длиной в полгода. Ни больше, ни меньше… Ни дольше, ни медленней… Ни длинней, ни короче… В Заснеженном Багдаде всё спокойно… Всё спокойно… Сонные Кущи… Ледяной сад… Вечная, вечная Мерзлота… Ты постепенно подчиняешься размеренному метроному замёрзшего болота… Застываешь… Ты – один из заложников севера… Пленников власти снега и льда… Чья дьявольская рука забросила тебя сюда? Сюда, на край света? На край ночи, так точнее… Здесь солнце зимой всходит и, разочаровавшись в том, что оно освещает, сразу прячется, пятясь, за горизонт. И тьма сгущается, сгущается, затопляя тёмным молоком пространство между кирпичными и деревянными коробками, в окнах которых пока ещё теплиться жизнь. И чья же эта злая шутка? Чей чудовищный эксперимент? Опыт проверки на выживание?

«Скорей бы лето…» – я уже совсем ошалел от холода. Зима ведь только началась! Захотел! Мёрзни, мёрзни! Волчий хвост! Проходя мимо каменного Ленина на городской площади я заметил, что даже он замёрз. Он стоял на обледенелом постаменте, весь в ледяном поту и показывал своей вытянутой рукой на юг. «Туда, товагищи! Съёбываем отсюда! Здесь чертовски холодно! Здесь когммунизма не постгоишь!»

Градусник на площади показывал минус…

Читать дальше ЗДЕСЬ

@oldminerkomi.