НОЧЬ

На войне не бывает одинаковых ночей. Вот и та ночь была не как все. Начнём с вечера. Когда уже смеркалось, хохлы пошли в очередной накат, видимо уж очень им хотелось вернуть свой укреп обратно. Так себе затея, почти в сумерках штурмить. Но, если учесть, что день назад это был их укреп, то вполне логично, что местность им была хорошо известна. На позиции нас тогда оставалось 6 человек, мы уже были изрядно потрёпанны. Кто-то контуженный, кто-то по-лёгкому посечённый осколками. Плотно прижав нас артой, затем огнем из РПГ они начали движение по посадке . Боекомплект у нас был на исходе, целый день мы активно отбивали атаки. Отряд с боекомплектом и подкреплением до нас не дошёл, их размотали артой. Видимость в посадке была ограничена, а теперь и вовсе становилось темно. Поэтому нас скорее всего ожидал скоротечный ближний бой. Все уже понимали, что нам конец, не отбиться. Мой окопчик был под поваленным деревом, уютненько так и сектор огня хороший. Справа от меня занимал оборону Мир, он выглядел устрашающе, его длинная борода была в крови и грязи, лицо посечено осколками, глаза пристально смотрят в сумрачный лес, казалось он даже не моргал. "Хорошо, что он на моей стороне", - подумалось мне. В этот момент над нашей посадкой сработала кассета с лепестками и они щедро посыпались с неба на нас и на атакующего противника, один лепесток звонко упал в пустую металлическую миску. Кто-то кинул: "Позиции не покидаем, лепестки повсюду!"
Бах! 💥 В посадке перед нами, где-то в 30 метрах, кто-то подорвался. Жуткий крик, даже вой покалеченного человека. Одновременно с этим мы открыли шквальный огонь. Бах 💥!!! Ещё один подорвался, но уже чуть дальше. Правее от Мира, работал из ПК (пулемёт Калашникова) Тумка. Приятно слушать его уверенный звук. Я меняю магазин, ещё один , пули бьют в поваленное дерево, граната рвется рядом с окопом Мира он орет что-то про шквальный огонь , он оглох, он сама смерть, страшнее него только мой друг Якут, мой взгляд падает на гильзы из моего АК , изголовье свежих гильз немного замяты.
Эх когда же я тебя почищу, братец, потерпи еще немного, поработай - сказал я своему верному АК и отрыл огонь.
Шквал стрелкотни, и на фоне кто то воет от боли, но этого никто не слышит. Ответный огонь затухает.
"Хорош, хорош, прекратить огонь, они отходят!" - орал кто-то. Нужно было беречь БК. Накат противника захлебнулся из-за собственных лепестков.
Всю ночь в посадке перед нами орал раненый враг, казалось он совсем рядом. Он выл, ныл, просил о помощи. Потом мы пытались его добить, но безуспешно. Из стрелкового оружия не достать. "Где-то в яме", - сказал я. Потом мы орали хохлам, чтобы они его забрали, так как он нас заебал. Обещали не стрелять. Но дураков, чтобы идти в ночи по плотно заминированной посадке не было.
А он орал и орал.
Когда ты, сука , сдохнешь, живучий гад.
А потом я вдруг понял, что чертовски хочу есть. Вылезти было нельзя , кругом были лепестки, а светить фонарем было самоубийство.
"Мир, Мир, есть чего пожрать?" - спросил я. "Лови", - Мир кинул мне банку с сухим какао, типа Несквик, а может это и был он. Я сыпал его себе в рот и запивал водой, это было первое, что я ел за эти сутки. Так мы и пролежали всю эту ночь. Слушали вопли, потом затихающие стоны раненого врага. Под утро он видимо вытек и замолчал.
Страшно мне было тогда?
Думаю нет.
Поверьте, я знаю, что такое страх. Страх это когда тебе восемь лет, ты сидишь на уроке и заходит медсестра из зубного кабинета со списком тех, кого уведут пытать (лечить), вот это было страшно!!!
А война это тяжело, очень тяжело. Тяжело и горько. Это самая моя тяжёлая работа за мои почти пятьдесят лет.