В поезде, под храп соседей, начал читать биографию Дягилева. Очень тронуло письмо его мачехи об их первой встрече:

«Как я помню маленького Сережу двенадцать лет назад… Я хотела непременно увидать тебя перед свадьбой. Ты был для меня почти вопросом жизни и смерти, так как я решила втайне, что, несмотря на любовь мою к твоему отцу, я не выйду за него, если не почувствую, что могу горячо любить и тебя. По мере приближения к Романщине, мной постепенно овладевало мучительное волнение, которое дошло до невыносимого, когда мы стали подъезжать к дому. Конечно, конечно, я никогда в жизни не забуду этих минут. Издали я увидала, что на крыльце стоят, ждут нас. Мы подкатили. Тут стояла Мариша и держала на руках ребенка в ярко-синем платье с матросским воротником, украшенном золотыми якорями. Это был ты — ты маленький, беспомощный мальчуган, который держал мою судьбу в своих ручонках.
Я проговорила только: «Это Сережа…» — и с трепетом, со страхом протянула тебе руки. Вдруг совершилось чудо… Я тогда приняла это за чудо, за ответ Бога на мои мучительные вопросы к Нему, и теперь думаю все так же. Это было чудо.
Не остановившись ни секунды перед совершенно не знакомым тебе лицом, ты протянул ко мне свои ручки, потянулся весь ко мне, и когда я, пораженная, приняла тебя от Мариши, ты обнял шею мою обеими ручками крепко, крепко, и головку свою прижал к моей щеке.
С этой минуты ты сделался моим. Я отдала тебе свое первое материнское чувство».