Почти любого журналиста, который остался в России после февраля 2022-го и не сменил профессию, принято записывать в пропагандисты. В моем отношении это тоже справедливо. Правда единственное, что я пропагандирую — это личный, индивидуальный подвиг русского мобилизованного, наемника, контрактника, К-шника.

Пафосно рассказывать о чем-то еще не очень получается, да и зачем? Не заходит. Ни политические решения коллективной РФ, ни тем более идеи оппозиции не вызывают положительных чувств.

Любишь агонично аплодировать партии или восхищаться повесточкой — добро пожаловать в Молодую гвардию и либеральный комсомол а-ля (запрещенная и презираемая в русском космосе) Dоха.
Рассуждения о моральном облике артистов можете отправить в ту же корзину.

Впрочем, в политике есть вещи, которыми восхищаешься на антропологическом уровне. Это самоубийственная свобода исповедовать коллективную идентичность.

И нацболы восхищать умеют. И в России, и на Украине. Это антихайп недостижимого уровня. Нелогичный, безумный, почти первобытный. Говорю, как человек максимально далекий от левых взглядов.

Я просто оставлю здесь две ссылки.

Севастополь, Одесса, русские, «Да, смерть!».