агнесса хочет вам сказать

Москва! Завтра, 20-го сентября, буду спецгостем на сольнике замечательного поэта Даниила Невнятина.

Почитаю старое и новое, смешное и как пойдёт. Приходите послушать — состав поэтов прекрасный, день выходной, рюмочная Дежурная.

где? Дежурная рюмочная, Новый Арбат, 7А
когда? воскресенье, 20-е сентября, начало в 18:30
вход? свободный (донат по желанию)

КАРОСИ*

кароси — смерть белого воротничка. галстуки вверх. накрахмаленный мир простых удовольствий: мечтать о лучшей жизни, скроллить WB. составлять списки, искать йогурт по скидке, впитывать референсы: хочу квартиру как у Маши, шубу как у Глаши, жопу как у Ким.

такие плоские смыслы, что я могу слегка надавить пальцем, и он провалится в бесконечную пустоту, черноту за пределом невроза.

кароси — прости мне мою изнеженность и высокомерие.

кароси — спроси меня, чего я хочу, и я отвечу: кухню из пинтереста, просторный лифт, ванну с розовой бомбочкой, худые ноги, стать суперзвездой и хорошей мамой, вселенской любви и молчания эго.

кароси — кто будет платить за это потом и кровью?

кароси — кого мы попросим о милости?

—

*кароси — японский термин, означающий смерть от переработки.

Процесс настоящего: Кирилл Рябов

Сейчас уже никого не удивишь «грязным реализмом» и эстетикой отвратительного, так что книги писателя, о котором сегодня пойдет речь, интересны совершенно не этим. А чем? Попробуем разобраться!

Кирилл Рябов родился в Ленинграде, окончил Санкт-Петербургскую специальную среднюю школу милиции, служил в отделе вневедомственной охраны Санкт-Петербурга. После увольнения из органов МВД работал охранником, кладовщиком и монтёром в детском доме. Трижды становился финалистом «Национального бестселлера» и других престижных премий. Его часто называют продолжателем традиций Хармса и Камю.

Проза Рябова обманчиво проста. Короткие фразы, диалоги, никаких объяснений. Персонажи постоянно что-то говорят и делают – это приближает его прозу к драматургии или кино. А ещё его героев тошнит – физически и метафизически. Экзистенциальный ужас у Рябова всегда телесен.

Несколько смысловых точек, которые стоит держать в голове, когда берёшь его книгу:

1) Абсурд спаян с жизнью. Чем ближе к реализму, тем страшнее. В романе «Никто не вернётся» муж приводит домой бомжа, а все вокруг – психиатр, полицейский, свекровь – твердят жене: «Если бы каждый протянул руку нуждающемуся, мир бы изменился».

2) Герои мало рефлексируют, в основном лишь ощущают. Тошнота, тяжесть, прохлада, опьянение. Чего только стоит “чёрная птица” – сквозная метафора похмелья в романе “Дирижабль”. Вообще алкоголь в прозе Рябова стоит особняком – в «Пьянеть» клинический идиот, выпив водки, становится гением – понимает немецкий, которого не учил, читает философов. Алкоголь не разрушает его, а собирает.

3) Книги обрываются. Финалы Рябова – остановка в точке максимального напряжения, и это, кажется, тонкая метафора жизни вообще – в ней редко удается завершить все сюжетные линии, и её конец чаще всего застаёт нас врасплох. Зато, закончив одну книгу, можно сразу переходить к следующей – у Кирилла Рябова очень цельный художественный мир, все произведения написаны единым стилем, в них похожее настроение. Тут можно сделать интересное наблюдение: сюжетные ходы действительно кочуют из книги в книгу. Например, очень похожи «777» – где банкомат ошибается и выдаёт мужчине два миллиона вместо двадцати тысяч – и «Пёс», где уже другой герой неожиданно теряет жену и остаётся с огромным долгом, о котором не знал. Оба пытаются разобраться с последствиями. И там, и там мы видим путь малосимпатичных персонажей – путь, полный жестокости, тревоги и, как ни странно, любви.


Сам Рябов не стесняется схожести сюжетов: «„Пёс“ и „Никто не вернётся“ – дилогия. А „777“ в некотором смысле предыстория. Вообще, это всё, конечно, как теперь модно говорить, одна вселенная». Критик Анастасия Сопикова написала, что Рябов всё время пишет один большой роман, и автор с ней согласен.

Это, конечно, не бедность фантазии, а скорее метавселенная тревоги, метафизической тошноты и вполне осязаемой грязи. При этом, конечно, в книгах есть определенная, даже поэтическая, магия, заставляющая нас оставаться в этом неуютном мире и наблюдать за малоприятными людьми, сострадая им и криво улыбаясь вместе с ними.

Мы рекомендуем начать чтение с романа «Пьянеть» – в нём манера письма Кирилла Рябова видна отчётливее всего. Человек пьёт – и обретает разум. А другой – пьёт и его теряет. Распад личности описан филигранно. Встретятся ли герои где-то посередине или разойдутся каждый в свою крайность?


Автор текста: Агнесса Перлова

постепенно возвращаюсь к делам литературным: вот начала писать тексты для новой рубрики в канале "Процесса"

диптих "у Большого"

чем вы наполнены?

золотой излом

моё первое сентября будущего психоаналитика состоится в октябре, а первое сентября будущего поэта — 1-го ноября, поэтому сегодня я не закупалась канцелярией, а сходила на самую дорогую в жизни фотосессию: 6000 за один кадр, результат не факт что понравится, увижу его через месяц и буду любоваться следующие десять лет.

ну, в общем, подавала на загранпаспорт. данные о сменах фамилий и деятельности за последние десять лет поместились в бланк — уже успех.

❗️ОТКРЫВАЕМ ПРИЁМ РУКОПИСЕЙ В НОВЫЙ НОМЕР «ПРОЦЕССА»❗️

С сегодняшнего дня мы готовы принимать ваши рукописи для четвертого номера «Процесса». Как всегда, обозначим правила приема.

У нашего опен-колла нет тематических и жанровых рамок. Мы принимаем поэзию, прозу и драматургию, поэмы и рассказы, эссе и переводы, литературную критику и научные статьи, экспериментальные и гибридные тексты – в общем, всё, что вы считаете литературой или предлагаете считать ею нам.

Ограничений по объёму тоже нет. Если ваша рукопись велика, присылайте её целиком. Только учитывайте, что внимательная вычитка и рецензирование больших текстов могут занять у редакции больше времени.


Каждая присланная рукопись будет прочитана и отрецензирована

Для нас важно, чтобы автор получил не молчание по ту сторону почты, а содержательный редакторский ответ – независимо от того, войдёт ли текст в новый номер.

Единственное обязательное условие: произведение не должно быть ранее опубликовано – ни в печатных изданиях, ни в интернете.


У опен-колла нет календарного дедлайна

Приём продолжится до тех пор, пока мы не соберём достаточный объём сильных текстов для нового номера, поэтому откладывать рукопись до последнего дня не стоит: последнего дня попросту не будет.

Отобранные произведения станут частью нового печатного номера «Процесса» – независимого самиздатского журнала, каждый экземпляр которого мы вручную набираем на пишущих машинках.

Все дополнительные вопросы можете задать в комментариях под постом или по почте.

💌Присылайте рукописи на почту с темой письма «Рукопись»:
prozessjournal@gmail.com

Начинаем новый «Процесс»!

стартуем!

присылайте свои лучшие тексты, я уже мечтаю их рецензировать