Зои Уильямс в The Guardian рассказывает о книге Камиллы Кавендиш «Generation Maybe» — «Поколение "Может быть"». Кавендиш — баронесса, колумнист FT, научный сотрудник Гарварда. Она начинала в McKinsey, училась в Оксфорде вместе с Дэвидом Кэмероном и работала его директором по политике. В книге она соединяет науку и журналистику.
⚡️В 2025 году рождаемость в Британии упала до 1,39 ребёнка на женщину — исторический минимум. Почти половина канадок старше 40 лет сказали, что хотели бы больше детей. В ОАЭ и Чили рождаемость ниже, чем в Германии. Китай стареет раньше, чем богатеет. Кавендиш пишет:
«Только Чёрная смерть XIV века сопоставима с тем, что происходит сейчас».
Географ Дэнни Дорлинг добавляет: последний год, когда люди в мире чувствовали себя достаточно оптимистично, чтобы завести больше детей, чем годом ранее, — 1989-й.
💡Американка Анна Луи Суссман в книге «Inconceivable» утверждает: рождаемость снижают политические решения. Цитируя историка Лору Бриггс, она говорит, что в США сложилась
«точно евгеническая система: страховщики платят бедным за контрацепцию, а богатым — за ЭКО».
🔎Кавендиш называет много причин.
📌Всё начинается ещё до пары: «романтический голод», situationship вместо отношений и статусный разрыв. Из-за него малообеспеченные и менее образованные мужчины остаются без партнёрши и бездетными не по своей воле.
📌Затем — «спермагеддон». Исследования качества спермы неполны, но один прогноз говорит: если тренд 2017 года сохранится, к 2045 году у среднего западного мужчины почти не останется сперматозоидов, и большинству пар придётся использовать вспомогательные технологии.
📌Дальше — greedy jobs: нет времени на отношения и страшно брать паузу в карьере. Нехватка доступного жилья ограничивает размер семьи и заставляет откладывать первого ребёнка. Страх родов, слишком интенсивное родительство, постоянное осуждение, исчезновение «деревни», которая помогала растить детей.
🙂 Подписывайтесь на ОГОНЬ в МАХ