К 22 сентября 1943 года 144-я стрелковая дивизия с тяжелыми боями пробивалась к Смоленску. Осеннее наступление выматывало пехоту, затяжные дожди превратили дороги в вязкое месиво. Подразделения шли вперед, опираясь исключительно на физическую выносливость, выбивая немецкие арьергарды из перелесков и разрушенных деревень. Масштабный стратегический замысел командования здесь, на уровне мокрых окопов, сводился к одной задаче — лишить отступающего противника времени на обустройство новой линии обороны и не дать ему перевести дух.

Передовые батальоны дивизии наткнулись на очередной промежуточный рубеж, противник оставил на высотах замаскированные пулеметные гнезда при плотной поддержке минометов. Атаковать в лоб по раскисшему открытому пространству означало понести неоправданные потери, поэтому командирам пришлось на ходу менять тактику, направляя штурмовые группы в обход через заболоченные низины. Бой распался на несколько локальных, но предельно жестких огневых контактов, где исход решался броском гранаты, слаженностью взводов и стрелковым оружием на коротких дистанциях.

К наступлению темноты немецкий заслон был сбит, и части дивизии продвинулись еще на несколько километров на запад. Никто не праздновал этот локальный успех — пехота занимала отбитые траншеи, перекапывая брустверы в обратную сторону и организуя сектора обстрела на случай ночных контратак. Санитары вытаскивали раненых к ближайшей грунтовой дороге в ожидании подвод. До полного освобождения Смоленска оставалось три дня тяжелой фронтовой работы, полностью лишенной внешнего лоска, но именно из таких безымянных, выматывающих суток складывался реальный результат всей наступательной операции.

Подписаться на канал