«ты можешь быть кем угодно, если не будешь забывать, кто ты есть».
проекты в Зарядье, МГИМО и не только, размышления — где случатся.
dm: @galvanizze
Post #3449
109
Если попытаться найти понятие, которое сегодня используется так же широко и охотно, как осуждается, то таким понятием, конечно, будет «контент».
Это и универсалия, и стигма, золотой стандарт наоборот: всё, что угодно, конвертируется в контент, но от этого лишь обесценивается. Контент потребляют все и производят тоже все, и кстати, благодаря этому мы смогли спастись от «смерти автора» — когда все авторы, никто не автор, умирать, следовательно, тоже некому. Да и времени нет.
Но стоит чему-то обратиться в контент, как оно будто бы покрывается интуитивным налетом вырождения: живущий своей укромной жизнью столетний двор становится «секретным местом», историческое событие или персоналия — поводом придумать тематическую рекламную интеграху, а стиль эпохи — промптом для нейрослопа.
Мы ищем новые темы для контента, но едва обнаруженные, они тут же теряют актуальность — и тут же обретают её вновь, стоит чему-то или кому-то это дело триггернуть. Можно сказать, что современный потребитель контента оказался в положении раджи из «Золотой антилопы» — с той лишь разницей, что золото, которое сыплется ему на голову, ежесекундно превращается в черепки и сразу же — обратно в золото (осциллирует, ага!), так что времени оценить ситуацию и понять, стоит ли кричать «хватит!» или что-то другое, просто не остается.
«Была у нас культура, а теперь контент», — скажет иной скептик и будет по-своему прав, но нужно, во-первых, понимать, что до культуры — как до способа бороться с обессмысливанием мира — мы тоже в каком-то смысле «докатились», как недавно напомнили в Комнате. А во-вторых — нет ничего, созданного человеком, что не было бы ответом на запрос.
«Так или иначе имеет смысл смотреть всё. И не имеет никакого смысла, в то же самое время. Это одно и то же», — написал недавно Дмитрий Самойлов, и в этом, кажется, есть огромная правда, задевающая и тему потребления контента.
Нет никакого «контент-передоза» — информационное пространство настолько огромно, что его невозможно заполнить, 99% сообщений в любом случае пролетают мимо вас, а столкновение с оставшимся процентом в такой ситуации сродни чуду.
Лайки-реакции-просмотры значения больше не имеют, сколько бы их ни было, в общем объеме информации даже блогеры-миллионники эквивалентны белым карликам. Если вы что-то прочитали или увидели в Сети, значит, это то, в чем вы и нуждались, то, что было вам в некотором роде предначертано. Информационный фон оставляем за скобками — это физраствор, среда обитания.
Вспомним ценимый мной термин «жидкая современность» Зигмунта Баумана — так он обозначает мир, где «посторонние встречают посторонних», никому ни до кого нет дела, всё лабильно и изменчиво. Благодаря наступлению эры контента мы вышли из жидкой современности в следующее агрегатное состояние — современность газообразную.
Эта газообразная современность практически неощутима, она бесконечно расширяется и заполняет собой все доступное пространство.
При этом её содержимое напрямую влияет на нас — если не на наше самочувствие, то, по крайней мере, на наше мироощущение.
Что дальше? Поглядим, как пойдет — либо выветривание, либо конденсация.
Это и универсалия, и стигма, золотой стандарт наоборот: всё, что угодно, конвертируется в контент, но от этого лишь обесценивается. Контент потребляют все и производят тоже все, и кстати, благодаря этому мы смогли спастись от «смерти автора» — когда все авторы, никто не автор, умирать, следовательно, тоже некому. Да и времени нет.
Но стоит чему-то обратиться в контент, как оно будто бы покрывается интуитивным налетом вырождения: живущий своей укромной жизнью столетний двор становится «секретным местом», историческое событие или персоналия — поводом придумать тематическую рекламную интеграху, а стиль эпохи — промптом для нейрослопа.
Мы ищем новые темы для контента, но едва обнаруженные, они тут же теряют актуальность — и тут же обретают её вновь, стоит чему-то или кому-то это дело триггернуть. Можно сказать, что современный потребитель контента оказался в положении раджи из «Золотой антилопы» — с той лишь разницей, что золото, которое сыплется ему на голову, ежесекундно превращается в черепки и сразу же — обратно в золото (осциллирует, ага!), так что времени оценить ситуацию и понять, стоит ли кричать «хватит!» или что-то другое, просто не остается.
«Была у нас культура, а теперь контент», — скажет иной скептик и будет по-своему прав, но нужно, во-первых, понимать, что до культуры — как до способа бороться с обессмысливанием мира — мы тоже в каком-то смысле «докатились», как недавно напомнили в Комнате. А во-вторых — нет ничего, созданного человеком, что не было бы ответом на запрос.
«Так или иначе имеет смысл смотреть всё. И не имеет никакого смысла, в то же самое время. Это одно и то же», — написал недавно Дмитрий Самойлов, и в этом, кажется, есть огромная правда, задевающая и тему потребления контента.
Нет никакого «контент-передоза» — информационное пространство настолько огромно, что его невозможно заполнить, 99% сообщений в любом случае пролетают мимо вас, а столкновение с оставшимся процентом в такой ситуации сродни чуду.
Лайки-реакции-просмотры значения больше не имеют, сколько бы их ни было, в общем объеме информации даже блогеры-миллионники эквивалентны белым карликам. Если вы что-то прочитали или увидели в Сети, значит, это то, в чем вы и нуждались, то, что было вам в некотором роде предначертано. Информационный фон оставляем за скобками — это физраствор, среда обитания.
Вспомним ценимый мной термин «жидкая современность» Зигмунта Баумана — так он обозначает мир, где «посторонние встречают посторонних», никому ни до кого нет дела, всё лабильно и изменчиво. Благодаря наступлению эры контента мы вышли из жидкой современности в следующее агрегатное состояние — современность газообразную.
Эта газообразная современность практически неощутима, она бесконечно расширяется и заполняет собой все доступное пространство.
При этом её содержимое напрямую влияет на нас — если не на наше самочувствие, то, по крайней мере, на наше мироощущение.
Что дальше? Поглядим, как пойдет — либо выветривание, либо конденсация.
- ❤ 6
- 🔥 2
