В Театре опера и балеты новый сезон открыли одной из самых ярких и жизнерадостных опер XX века "Любовь к трём апельсинам".

Красивый поклон в адрес юбиляра и постановки. Ровно сто лет назад, 18 февраля 1926 года, на сцене Ленинградского государственного академического театра оперы и балета (так назывался Мариинский театр) была премьера. Прокофьев вдохновился сказкой-пародией, написанной Гоцци чуть ли не на спор в 1760 году и развил ее используя сценарий Мейерхольда. Увозя в Америку идею, композитор писал её между вагонами метро и прогулками под небоскрёбами, джаз клубами. Здесь нет ни одной лишней ноты, а за беспечным сюжетом о принце-ипохондрике, есть магия, волшебная музыка, наполненная лирикой и трагизмом вечного поиска счастья для себя.

Постановка приглашённого режиссёра Фёдора Шалагина получилась яркой, театральной, нарочито-экспрессивной. Она явно продолжает традиции фантастического реализма Евгения Вахтангова и при этом отдает дань Мариинской версии, поставленной в стиле комедии дель арте. 

Художник-постановщик спектакля Олег Молчанов соединил сказочный колорит Италии с американской эстетикой 20-х годов. Здесь и карточные бои, и пустыня, и площадной театр, и роскошный дворец, и шик большого города, изобретательные приемы с появлением принцесс из апельсинов, перевоплощения из крысы в человека, борьба волшебников, ускользающих по ажурной лестнице в другие миры. Визуальная составляющая так многообразна, чересчур колоритна, что явно увлекает нас обилием и метафоричностью, но всё же музыка Прокофьева, своим определенным ритмом, чётко ведет нас за сюжетом. В ней есть всё: от лирики до гротеска, марш, задиристая игра, сказка и веселье. Как писал режиссер этой оперы Сергей Радлов, создавший в 1926 году на сцене настоящую феерию с буффонадой «на фоне остального репертуара опера Прокофьева должна остаться резвой девчонкой, затесавшейся в среду взрослых, серьезных людей».

Воронежский оркестр, под руководством дирижёра-постановщика Арифа Дадашева звучит прекрасно. Чувствуется, что задача молодого композитора (Прокофьеву исполнилось 28 лет) написать весело, остроумно и при этом элегантно, попала в коллектив создателей, зрителя и собственно, наше время.

Жаль, не было титров. Прокофьев с его живым и афористичным литературным стилем здесь выступает, как яркий драматург. И в мастерски написанном либретто не хочется пропустить важные слова. В спектакле заняты ведущие солисты оперы, артисты хора, миманса, музыканты симфонического оркестра театр. Всем, браво! Простите, но сложно удержаться, когда Алексей Тюхин, обыкновенно исполняющий положительных или очень положительных героев, внезапно играет злодея. Очаровательное отрицательное обаяния.


Гротеск, роль сценического движения и преодоление «четвёртой стены» - свойственные стилю Мейрхольда, становятся здесь особенностью постановки. Действие происходит не только на сцене, но и в зрительном зале. Артисты могут спуститься в партер, свеситься с балкона, появиться в самом неожиданном месте и моменте. Шалить и резвиться здесь можно по-полной программе. Зрители в восторге) Чего стоит знаковая сцена с кухаркой, той самой, которой маг Челий пугает принца: «Она может убить суповой ложкой». – «Я не боюсь ложки». – «Вы не знаете, какая это ложка! Да минует вас эта страшная ложка!». И если у Гоцци кухарка наводила страх «гигантскими грудями, которыми убирала золу из печи в отсутствие метлы». Прокофьев же еще более усугубил комический образ, поручив эту роль певцу с «хриплым басом». В воронежской постановке персонаж становится и вовсе гротесковым: кухарка (мы смотрели с Матвеем Матвеевым, дубль - засл.арт. РФ Александр Назаров) предстает в виде гигантской ростовой конструкции, оставаясь романтично-настроенной дамочкой, что подчеркивает комичность ситуации.


Опера «Любовь к трём апельсинам» - украшение репертуара и подарок для зрителей. В ней соединилось столько театральных традиций, музыкального стиля, игровой культуры, документальности, сказочности, стремительно ускользающего времени и жизни, где так важно уметь радоваться здесь и сейчас.