7. Характер:

Она  взрывная смесь амбиций, показной дерзости и глубоко спрятанной уязвимости. Она с раннего детства привыкла, что любовь и внимание — синонимы, поэтому сцена для неё не просто работа, а способ дышать. Без восхищённых взглядов и вспышек фотокамер она начинает задыхаться, теряет почву под ногами и готова на любые выходки, лишь бы снова оказаться в центре. Эта жажда признания граничит с одержимостью: Аврора не мечтает о славе — она методично её выстраивает, как дом, зная, какие кирпичи подойдут, а какие рассыплются. Ради карьеры она давно переступила через страх, наивность и многие моральные преграды, подписав негласный контракт с мафией и добровольно отдавая половину доходов. Она не ждёт подарков судьбы — она сама выбивает двери, за которыми, как ей кажется, сияет прожектор.

При этом Аврора отнюдь не пустышка. У неё острый язык, уличная итало-американская хватка и умение мгновенно считывать людей. Она может быть ласковой и наивной, когда нужно расположить к себе нужного человека, и тут же стать колючей и грубой с тем, кто посмел смотреть на неё свысока. Её манипуляции не всегда злонамеренны — просто она с детства усвоила, что выживают те, кто умеет нравиться и вовремя показывать зубы. В разговоре она сыплет сленгом, перемежая дерзкие словечки с гламурными интонациями, и никогда не позволяет забыть, что она — будущая суперзвезда, а не девочка из Хобокена. Но за этой бронёй скрывается пятнадцатилетняя Аврора, которая ждала отца с работы, а дождалась похорон и чужих людей в дорогих пальто. Поэтому внутри она не верит никому до конца, даже тем, кто протягивает ей руку, и каждый жест заботы поначалу встречает усмешкой, а уже потом, оставшись одна, прокручивает его в памяти с щемящей благодарностью.

Её отношения с мафией — это смесь холодного расчёта, страха и странной, почти дочерней признательности. Аврора понимает, что для них она лишь актив, поющая кукла, которая должна приносить деньги и не задавать вопросов. Она старается не лезть в дела, которые её не касаются, и держит язык за зубами, зная цену лишнему слову. Но иногда амбиции берут верх, и она позволяет себе рискованные шутки или излишне смелые высказывания в кругу «своих», будто проверяя, насколько далеко можно зайти. Она уважает силу и умеет быть смиренной, когда это необходимо, но никогда не унижается и не выглядит жертвой. В конце концов, она выбрала этот путь сама, и, несмотря на страх, не собирается сворачивать.

Бытовая сторона Авроры тоже выдаёт её суть. Она постоянно жуёт вишнёвую жвачку или сосёт леденец — это её способ успокоиться, когда внутри всё дрожит. В плеере у неё кассета, собранная вручную: Aaliyah, TLC, Мэрайя Кэри и немного джаза, который когда-то слушал отец. Она красит губы только перед выходом, превращая это в ритуал, и носит с собой зеркальце, поправляя макияж даже в такси. Говорит она быстро, с лёгким итало-американским акцентом, вставляя «типа», «офигеть» и ироничное «мамма мия». И только в грозу, когда гром напоминает ей о том дне, она забирается под одеяло, как в детстве, и боится признаться даже самой себе, что ей до сих пор нужен кто-то, кто просто будет рядом.