Там всё было просто:
есть связь или нет,
есть цель, есть маршрут,
есть свои, что информацию ждут.
И небо, в котором секунды решают
порою гораздо мощнее минуты.
Теперь этот голос уже не ответит.
И сколько частоты в тиши ни крути —
одни позывные остались на связи:

Гудвин. Эрнест.

Позывной остаётся последнею связью
меж теми, кто здесь,
и ушедших зарёю.
И если однажды над нами под вечер
зависнет что-то
и потом растает вдали —
мы просто посмотрим вслед молча:
Это свои.
Значит,
всё ещё где-то
в сети.