Посмотрел «Зону интереса» Джонатана Глейзера, лауреат прошлогоднего Оскара, и это важное кино - именно с точки зрения работы с прошлым.

Фильм показывает несколько дней из жизни Рудольфа Хёсса, коменданта лагеря Аушвиц. Мы видим идиллическую жизнь его благополучной семьи в доме с садом-огородом, непосредственно граничащим с лагерем. Лагерь в непосредственной близости - оттуда доносятся звуки происходящего там, оттуда поступает одежда, снятая с новоприбывших евреев, оттуда приходят служанки-еврейки к хозяйке дома и женщина для любовных утех коменданта - и туда же потом уходят. Но своими глазами лагерь мы не видим ни разу.

И это главное в фильме, и это важный новый ход, а вовсе не давно ставший штампом контраст домашней идиллии с ужасами по соседству. Отсутствие в фильме лагеря - ключевой его прием: фильм работает исключительно с культурной памятью о Холокосте, он в принципе возможен потому, что человек 2023 года базово так много знает о Холокосте и конкретно об Аушвице, что происходящее там можно полностью доверить его воображению - и это оказывается исключительно сильным ходом. Потому что воображение, как известно, работает лучше любого изображения.

И в конце авторы как бы обнажают этот прием (только эту сцену, как выясняется, мало кто считывает). В одной из последних сцен Хёсс после пышного приема с участием всей верхушки СС спускается по лестнице и вдруг его начинает, хм, корчить. Это похоже на то, что происходит с кошкой, когда она отрыгивает шерсть - довольно странное зрелище, но только не для тех, кто видел The Act of Killing Джошуа Оппенахймера (я писал о нем тут). Там такой приступ настигает героя после наиболее натуралистичного воспоминания о производимых им казнях. Это обнажение приема - Глейзер тут почти открытым текстом говорит, что работает не столько с Холокостом как таковым, сколько с культурной памятью о нем, с Холокостом, как универсальным языком описания массовых преступлений 20 века.

В 2023 году показывать ужасы Холокоста как таковые не впадая в штампы невозможно, а штампы в такой тонкой теме выглядят очень проблематично (ср Treasure Юлии фон Хайнц со Стивеном Фраем в отличие от The real Pain Айзенберга c Калкиным), это можно делать только через работу с содержанием головы зрителей. «Зона интересов» - фильм о динамике памяти о Холокосте в современной культуре.

С учетом этого особенно важным выглядит заявление Гейзера, британского еврея, на вручении Оскара. Потому что оно про злоупотребления и манипуляции этой памятью:

«Все наши [творческие] решения были призваны заставить зрителя взглянуть на себя со стороны. Не чтобы сказать: «Посмотрите, что они [нацисты] делали тогда», а чтобы сказать: «Посмотрите, что мы делаем сейчас». Наш фильм показывает, к чему приводит дегуманизация в ее худшем проявлении. Она сформировала все наше прошлое и настоящее. Мы — те, кто стоит сейчас на этой сцене, — отвергаем использование еврейской идентичности и Холокоста в качестве оправдания оккупации, ставшей причиной конфликта, затронувшего стольких невинных людей. И жертвы 7 октября в Израиле, и жертвы продолжающейся атаки на Газу — все это жертвы дегуманизации».

Очень показательно, что после этого авторов фильма обвинили в антисемитизме.