Кровавый март: как сибирская деревня превратилась в зону бедствия

Весна во многих регионах России началась с настоящей трагедии для владельцев личных подсобных хозяйств. На протяжении последнего месяца в сельских районах, в частности — в Новосибирской области, происходит массовое уничтожение животных. Если изначально речь шла только о крупном рогатом скоте, то сейчас под удар попали мелкие домашние животные, птица, детёныши, а по свидетельствам очевидцев из села Новоключи — даже маленькие верблюжата. В сёлах стоит запах горелой плоти, доходящий до Новосибирска, а по ночам к домам подъезжают машины без номеров.

Процедура изъятия грубо противоречит федеральному законодательству. Официальные объяснения властей (пастереллез и бешенство) несостоятельны: согласно Ветеринарным правилам (Приказ Минсельхоза № 770), пастереллез лечится и не входит в перечень «особо опасных болезней» (Приказ № 476), а бешенство (Приказ № 705) требует вакцинации и карантина, а не поголовного сожжения здоровых животных.

Процедура изъятия сопровождается грубейшими нарушениями: полиция и ветеринары проникают в подворья без предъявления документов, не берут анализы, не составляют акты, часто действуют в отсутствие хозяев. Распоряжения о карантине засекречены грифом «ДСП» и не публикуются, что противоречит принципу публичности власти.

Методы уничтожения беспрецедентно жестоки: животных усыпляют и сжигают целыми стадами, нередко с привлечением ОМОНа, оцеплением сёл и отключением связи. В ряде районов карантин вводят постфактум, а информация о режиме ЧС была официально подтверждена властями спустя месяц после его фактического введения (которое произошло еще в феврале), хотя МЧС его наличие опровергает.

Сельчане пытаются отстаивать права: выходят на пикеты, препятствуют изъятию скота, пишут обращения в прокуратуру, записывают видео к президенту и главе СК. Однако протесты жестко подавляются: в числе задержанных оказались местные жители, а также журналист Иван Фролов, которому вменили статью о «фейках». Недовольных вынуждают молчать с помощью штрафов, страха увольнения и прямых угроз.

Эксперты подозревают, что истинная причина — вспышка ящура, который несёт катастрофические риски для экспорта мяса. Это объяснило бы тотальное уничтожение и секретность. Косвенно версию подтверждает запрет Казахстана на ввоз мяса из Сибири, но официально её опровергают.

Проводимые «карантинные мероприятия» вызывают серьёзные нарекания. Они бесчеловечны, наносят колоссальный экологический ущерб и подрывают экономику сёл: люди лишаются единственного источника дохода, а компенсации (170 руб./кг) вдвое ниже рыночной цены.

Вместо лечения и соблюдения закона чиновники демонстрируют халатность и готовность «перешагнуть» через граждан ради отчётности. Результат — не только разорённые хозяйства, но и подрыв доверия к государству. Власть, действующая в обход закона, превращается в угрозу для собственного народа.

Мы выражаем соболезнования пострадавшим и требуем прозрачности, соблюдения законных процедур и ответственности должностных лиц.

Новосибирск.Будущее | Подписаться