Привет. Меня зовут Саша, и я 9 лет живу в Дублине. Я профессиональный менеджер в сфере культуры и закончила в Дублине магистратуру по этой специальности.
Это канал о том, чем можно заняться в нашем славном городке
Photo credit: Анна Печенкина
Post #383
303
На сцене только женщины, разных возрастов и телосложений, и все они полностью обнажены. Первые 5-10 минут ты, конечно, пытаешься понять, куда смотреть, а потом привыкаешь (ну как в бане) и начинаешь замечать уже совсем другое: что эти женщины способны делать со своими телами и своими телами. А творят они огого!
Я помню, мой первый опыт полностью обнажённого спектакля был с "Машиной Мюллера" Серебренникова. К сожалению, кроме самого факта наготы, я оттуда почти ничего не помню. Тогда мне казалось, что форма полностью заменила содержание (у меня вообще периодически такое ощущение с Серебренниковым, но это уже вопрос моих вкусов).
Здесь всё тоньше и толще одновременно.
Спектакль как и классический балет, состоит из двух частей: первый акт, красота и птички, воздушность и зефир. Второй акт - трагедия, путь героя, развилки выборов (чаще ошибочные) и катарсический финал.
В начале мы оказываемся на уроке классического балета: красивая музыка, ножку туда, ручку сюда, всё чинно и благородно. А потом появляются ведьмы, летающие на трубе от пылесоса, девушки взмывают к потолку на подвешенных мотоциклах или поднимаются туда за собственные волосы. А потом и вовсе начинают дубасить друг друга и расстреливать из пулеметов, отрезать конечности, летать на крюках, вставленных в кожу (бррр). И это только часть происходящего.
И вот здесь для меня TANZ становится не только спектаклем о балете, но и спектаклем о том, какой ценой создаётся эта самая картинка.
О балетном мире, где тело девушки должно быть лёгким, тонким, звонким и практически неземным. Где за идеальной картинкой стоят боль, конкуренция (все мы слышали про битое стекло в пуантах), травмы и необходимость буквально вырабатывать "толстую кожу".
В какой-то момент балетные инструкции превращаются в совершенно буквальные советы: как держать тело, как подниматься над землёй, как терпеть, как становиться сильнее. И всё это Хольцингер показывает настолько физически и наглядно, что метафора перестаёт быть метафорой.
Что-то вызывает почти физическую тошноту, что-то удивление: как вообще человеческое тело способно на такое? Но при этом во всём происходящем чувствуется огромное любопытство к телу и друг другу (ансамбль отработал великолепно), и даже как будто трепетная нежность и забота. Ну и кайф, они как будто правда все кайфуют от того, что творят. Поэтому, несмотря на отторжение от некоторых образов, остаётся ощущение, что ты смотришь не на шок ради шока, а на очень внимательное исследование того, что человеческое тело может выдержать и быть таким разным и красивым просто от того, что оно есть.
Ройше Ган сделала какую-то невероятную штуку: привезла этот спектакль во всё ещё довольно пуританскую Ирландию, да ещё и на сцену зала иезуитской школы. Браво!
Конечно, после TANZ это уже невозможно развидеть. Но хочется надеяться, что после того, как пройдут первый шок и оторопь, останется что-то ещё: мысль о теле, боли, красоте и цене, которую мы привыкли не замечать, когда смотрим на красивую картинку.
Я помню, мой первый опыт полностью обнажённого спектакля был с "Машиной Мюллера" Серебренникова. К сожалению, кроме самого факта наготы, я оттуда почти ничего не помню. Тогда мне казалось, что форма полностью заменила содержание (у меня вообще периодически такое ощущение с Серебренниковым, но это уже вопрос моих вкусов).
Здесь всё тоньше и толще одновременно.
Спектакль как и классический балет, состоит из двух частей: первый акт, красота и птички, воздушность и зефир. Второй акт - трагедия, путь героя, развилки выборов (чаще ошибочные) и катарсический финал.
В начале мы оказываемся на уроке классического балета: красивая музыка, ножку туда, ручку сюда, всё чинно и благородно. А потом появляются ведьмы, летающие на трубе от пылесоса, девушки взмывают к потолку на подвешенных мотоциклах или поднимаются туда за собственные волосы. А потом и вовсе начинают дубасить друг друга и расстреливать из пулеметов, отрезать конечности, летать на крюках, вставленных в кожу (бррр). И это только часть происходящего.
И вот здесь для меня TANZ становится не только спектаклем о балете, но и спектаклем о том, какой ценой создаётся эта самая картинка.
О балетном мире, где тело девушки должно быть лёгким, тонким, звонким и практически неземным. Где за идеальной картинкой стоят боль, конкуренция (все мы слышали про битое стекло в пуантах), травмы и необходимость буквально вырабатывать "толстую кожу".
В какой-то момент балетные инструкции превращаются в совершенно буквальные советы: как держать тело, как подниматься над землёй, как терпеть, как становиться сильнее. И всё это Хольцингер показывает настолько физически и наглядно, что метафора перестаёт быть метафорой.
Что-то вызывает почти физическую тошноту, что-то удивление: как вообще человеческое тело способно на такое? Но при этом во всём происходящем чувствуется огромное любопытство к телу и друг другу (ансамбль отработал великолепно), и даже как будто трепетная нежность и забота. Ну и кайф, они как будто правда все кайфуют от того, что творят. Поэтому, несмотря на отторжение от некоторых образов, остаётся ощущение, что ты смотришь не на шок ради шока, а на очень внимательное исследование того, что человеческое тело может выдержать и быть таким разным и красивым просто от того, что оно есть.
Ройше Ган сделала какую-то невероятную штуку: привезла этот спектакль во всё ещё довольно пуританскую Ирландию, да ещё и на сцену зала иезуитской школы. Браво!
Конечно, после TANZ это уже невозможно развидеть. Но хочется надеяться, что после того, как пройдут первый шок и оторопь, останется что-то ещё: мысль о теле, боли, красоте и цене, которую мы привыкли не замечать, когда смотрим на красивую картинку.
- ❤ 18
- 🕊 1
