Концовка моего любимого эссе Алексея Парщикова «Топология переводчества. Где живет переводчик?» — перевод я понимаю в широком смысле слова, то есть не только с условного немецкого на условный русский и наоборот, но и, например, с визуального в литературный. Так что это эссе для меня что-то вроде кредо, сформулированного другим