Марокко, женский бунт, запретная любовь и гонки: мои любимые фильмы этой Венеции

Когда я думаю о том, не надоело ли мне ездить на кинофестивали, где приходится спать по 5-6 часов на протяжении почти двух недель, стабильно переносить простуду на ногах, а потом еще месяц восстанавливать биологические часы, и не пора ли заменить их на человеческий отпуск, то вспоминаю три вещи:

— те неограненные алмазы в кино, которые ты внезапно открыл, когда еще нет ни отзывов, ни рейтингов, а есть только твоя интуиция и сарафанное радио;
— чувство досады, что не увидел фильм, который взял внезапную награду или о котором наперебой говорят коллеги-кинокритики;
— абсолютное ощущение отключенности от реальности и тоски по окончанию этой изоляции, которое больше всего напоминает поездку в пионерский лагерь.

А теперь к алмазам:

La Gioia («Радость») Николанжело Джеролмини. Учительница французского Джойя (Валерия Голино), прожившая всю жизнь за абьюзивными стенами родного дома и знающая о любви по романам Флобера, влюбляется своего ученика, молодого и дерзкого Алессио (Саул Нанни), который вынужден заниматься проституцией под гнетом отца-тирана. «Встретились два одиночества» — банальность, которая лучше всего описывает эту историю любви. Хрупкая и нежная драма, с нотками комедии, триллера и вкраплениями магического реализма разворачивается в Турине с пьемонтским акцентом.

Calle Malaga («Улица Малага») Марьям Тузани. 79-летняя испанка Мария Анхелес живет одна в марокканском Танжере. Ее дом полон антиквариата и воспоминаний о прошлом, ее время остановилось где-то в прекрасной эпохе. Вдруг из Мадрида приезжает дочь, чтобы продать семейное имущество, отправляя мать в дом престарелых. Пожилая испанка не сдается и начинает тайную жизнь, открывая приключения и страсть. Картина известной марокканской постановщицы с великой испанской актрисой Кармен Маура полна нежности, тактильности и неподдельной жажды жизни. Еще это новый взгляд на старение, отвергающий стереотипы, слегка припудренный, но воодушевляюще витальный.

Un anno di scuola («Последний год школы») Лауры Самани. Бойкая шведка Фред переезжает с отцом в итальянский Триест, где начинается ее последний школьный год. Девушка вливается в компанию трех одноклассников, бессознательно пытаясь отвергнуть стереотип о невозможности дружбы между мальчиками и девочками. Эталонная школьная мелодрама, которая идет по тонкой грани взросления, телесности и феминизма.

À bras-le-corps («Тихий бунт») Мари-Эльса Сгуальдо. Где-то в швейцарской деревне на фоне Второй мировой войны разворачивается история 15-летней Эммы, которая беременеет в результате изнасилования, но успевает выйти замуж во избежание позора. Казалось бы, девушка должна продолжить жить тихой незаметной жизнью, но она выбирает тихий бунт против абьюзивного уклада сельского мирка. Дебют швейцарской постановщицы напоминает по духу «Вермильо» Мауры Дельперо, «Событие» Одри Диван и «Цвета времени» Седрика Клапиша. Шероховатый, неровный, но все же драгоценный, как речной жемчуг, фильм, устраивает свой что ни на есть тихий бунт.

Black Cats & Chequered Flags («Черные кошки и финишные флаги») — 20-минутный фильм из иммерсивного конкурса о гонщике Альберто Аскари, единственном итальянце, дважды становившемся чемпионом «Формулы-1» с Ferrari. Иммерсивный сторителлинг и разные виды дополненной реальности переносят в эпоху 1950-х, на пит-стоп, где нужно командой зрителей готовить к гонке болид, в семейные мемуары, архивную хронику и анимационное воплощение этой истории. После просмотра кажется, что классическое кино умерло, ведь ты только что буквально побывал внутри фильма.

#записки_из_вапоретто #венеция #культурный_дневник #кинодневник