Ева как-то спрашивала у своей аудитории, что заставляет нас писать. Я прошла мимо, мне было нечего ответить.

Как будто все эти ответы, рождавшиеся в голове, совпадающие частично с чужими ответами, не казались мне достаточно честными.

Пишу, потому что не могу не писать? Но я могу не писать, я годами жила без письма.

Пишу, потому что больше ничего не умею и ни на что не гожусь? Это неправда, я могла бы научиться чему угодно. Правда ли, что мне больше ничего, кроме литературы, неинтересно? Тоже нет.

Я не говорю о переполняющей меня какой-то сильной боли — мои раны давно зажили. И не верю в льющееся через край вдохновение, что история рассказывает себя сама, что текст рвется наружу. Для меня это просто красивые слова.

Пока мне в ленту не залетел рилс на тыщу лайков. И я поняла, что всё, что я делаю — это сублимация. Я, грубо говоря, тот, кто хочет жену друга. Тот, кто придумывает альтернативную жизнь и проживает на бумаге, потому что реальная обламывает. Я, сука, мастер спорта по сублимации.

Это была минутка самопознания на канале «непозволительно» 😇