Он остался последним человеком в этом забытом богом месте и первым кто посетил его за последние 30 лет. Работы предстояло много.
Он знает каково это, когда твой труд не ценят, но он другой,он лучше и вот бы все это увидели, а пока что он аккуратно снимал ползучую лозус гипсовой щеки.
Разрушенные здания тоже удручали поникшим видом, но Арнольди не был специалистом в области строительства, чтобы уметь им помочь. "Бедняжки мои... но ничего, я вас не брошу... я буду вас ценить..." День близился к закату, скульптор было зашёл в обветшалый дом, как вдруг услышалшорох огромных грубо стёсанных колёс. Транспорт был в состоянии, оставляющем желать лучшего, и принадлежал злодеям, однако Роберто так давно был одинок итак давно не получал похвалу. Скорость починки впечатлила электрическую парочку. Очень. Очень впечатлила.
Они быстро поняли, что у них есть много прекрасных общих интересов. Скульптор был в полном восторге от новой компании, даже когда получал угрозы и оскорбления.
"– Ты можешь
помолчать хоть 5 минут?
– Оу, прошу
прощения, просто я отвык, что мне отвечают"
Производство кипело объемами и разнообразием. Смотреть как его творения оживают было потрясающе.
Однажды он проснулся раньше обычного и застал шута стоящим у руля. Он наблюдал за рассветом. Сонно, измотанно, спокойно. Вдумчиво. Арнольди впервые видел босса таким. Разумеется, ему хватило наблюдательности сложить два плюс два, но то, каким по-настоящему шут был человеком всегда ускользало от скульптора.
"– Момент трезвости?
– Да, но это всё ещё больно
– Это лишь показывает, что вы живой"
Не заняло много времени, чтобы они подружились. Временно и переменчиво, однако они были единственным людьми в окружении камня. Пока Монстрокс ещё спит.
Правила были суровы
и бессмысленны. Избежать молнийбыло нельзя, но можно было уменьшить их количество.
Рыцари быстро нашли с
пособ превращать изваяния вмелкий щебень. Для них это ничего не значило. Как и для Монстрокса. Как и для Джестро. Киянка и скарпель начали тяжелеть.
Это лишь временная мера. Запретных сил нужно только 12.
Его творения покрывались шрамами. Найти новый материал порой было трудно. Статуи не отвечали ему, безмолвны и абсолютно равнодушны. Он представлял их иначе. Роберто старался забыть об этом в очередной раз сплавляя арматурный каркас.
В его сторону отлетали мине
раловые конечности. Мерзко.Терпимо. Но тревожно и разочаровывающе.
Постепенно становилось сложнее. Лишь изредка усталый, голодный или испытывающий боль, однако всё более стремящийся отстраниться от труда над армией. Хоть капельку, пару минут.
Однажды он отказался работать, узнав, что Монстрокс собрался напасть на Аурумвиль.
"– Это культурная столица Найтонии! Столько богатств, что каждый фонарный столб там это произведение искусства! Столько бесценного труда и души! Как вы не понимаете!?"
Тревога оказалась ложной. Запретная сила нашлась всоседней деревне, и всё же скульптор понял, куда попал на самом деле.
Ему было страшно проверять теории по поводу реальных намерений некроманта. Процесс всегда труден и тернист. Всё окупает цель. И что потом?
Облаку показалась забавной идея изуродовать "инвалидов". Арнольди запрягли основательно. Всю ночь он паял, клеили дробил. Пока статуи были неподвижны, он мог существовать рядом с теми, кого ему приказали собрать. Молния всё изменила.
Их были десятки. Лица рыцарей искривил ужас. Будто памятники медицинским аномалиям на них двигались потрёпанные силуэты измножества рук, ног, голов и тел. Сражаться с ними долго и муторно, а исход, всегда, один. Один. Один. Один. Роберто стоял бледный, держась словно веточка в ураган. Джестро после свежего разряда смотрел на него с безумной улыбкой выжидая. Существо повернулось к создателю, в пустых глазах ничего не было, и впустоте он разглядел злость и проклятия, усталость и разочарование, бессмысленность и слепоту. Это не искусство. Скульптора вырвало. Над ухом послышался раскатистый хохот.
