Откуда берутся эксперты по всем вопросам — и почему мы их слушаем

В рунете разгорелся очередной скандал. В 2024 году популярный музыковед Анна Виленская выложила курс лекций о музыке Средневековья и эпохи Возрождения. Недавно специалисты по этим темам обратили внимание на курс. Выяснилось, что Анна допустила огромное количество фактических ошибок и неточностей. Например, ошибалась в локализации музыкальных стилей на целые столетия.

Комментаторы часто ставят проблему следующим образом. Современная наука сложна как никогда раньше. Сейчас мы уже не можем представить себе интеллектуалов эпохи Возрождения, которые способны разобраться сразу в нескольких науках. Научное знание стало слишком сложным и требует многих лет, чтобы его освоить. Зачастую человек не может разобраться во всем, что происходит даже в одной науке, — только в узком направлении, которым непосредственно занимается. Поэтому научпопперы не должны брать на себя больше, чем могут потянуть, и говорить только о том, в чем действительно разбираются.

Я отчасти согласен с этой точкой зрения. Однако меня интересует другое. Почему сегодня так много специалистов по всем вопросам? Неужели люди не понимают, что нельзя знать все?

В книге «О брехне» философ Гарри Франкфурт писал, что дело тут в демократических идеалах и социальных сетях. Мы считаем, что хороший гражданин должен иметь мнение по всем вопросам — даже по тем, которые требуют специальных знаний. А интернет и социальные сети дали людям возможность высказываться обо всем на свете и быть услышанными. Поэтому наша эпоха характеризуется огромным количеством брехни, которая говорится публично.

Я согласен с Франкфуртом: сегодня у нас есть сильный соблазн быть экспертом по всем вопросам. И я прекрасно этот соблазн понимаю! Сам часто поддаюсь ему и пишу брехню! Однако гипотезы Франкфурта недостаточно. Она объясняет, почему люди говорят брехню, но не объясняет, почему ее кто-то слушает. Вокруг научпопперов формируются целые культы, где культисты хотят знать мнение гуру по всем вопросам. У одной известной политологини часто спрашивают, что она думает о литературе, экономике, биологии и смысле жизни. Почему бы не обратиться с этими вопросами к профильным специалистам?

Я думаю, что дело тут в механизме престижа и в том, как он помогает нам обучаться. Человеку трудно самостоятельно определить, у кого действительно стоит учиться. Поэтому мы используем простой обходной путь: смотрим, кого слушают другие. Если многие считают человека компетентным, это становится для нас сигналом, что у него есть чему поучиться. Так возникает престиж. Судя по всему, чувствительность к нему имеет глубокие эволюционные корни. Одно интересное исследование показало, что дети чаще наблюдают за взрослыми, за которыми наблюдают другие взрослые.

Проблема в том, что механизм престижа плохо определяет границы компетенций. Антрополог Джозеф Хенрич пишет, что нашим предкам было трудно понять, какие именно качества сделали человека успешным и уважаемым. Поэтому эволюционно сформировалась стратегия копировать уважаемого человека вообще во всем: речь, привычки, вкусы и мнения по самым разным вопросам. В результате престиж, заработанный в одной области, легко переносится на другие.

Возможно, отсюда и берутся культы вокруг публичных интеллектуалов. Человека, обладающего престижем, будут автоматическим считать компетентным не только в той сфере, из-за которой он стал популярным. Так устроено наше мышление, сформированное эволюцией. Механизм, который помогал нашим предкам выбирать хороших учителей, плохо приспособлен к миру социальных сетей и предельно специализированного знания.

Вот люди и несут брехню, а кто-то ее слушает.

@nonpartisan1