🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩  ▪️▪️▪️▪️▪️▪️▪️                
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
         📚 ▪️ΣᴩᴄᴏઞᴀЖꤣ:

       • Ꮧᴏᴧᴏᴧᴏɯᴋᴀ; • Ⲕⲁⲃυⲏⲥⲕυ; • Ⲕⲁⲃυⲗⲟⲱⲕυ;     

         📚 ▪️𐌌ρ꤀꤅𑀱ꤌꤙ𑀱:

      ✎ — 𓊈 Ⲥⲗⲉⲱ, ⲢⳒ-13, Ⳅⲁⲃⲉⲣⲱёⲏ 𓊉    

         🌟  ▪️ꤌɠ᥉:

       • Ꮲᴏʍᴀнᴛиᴋᴀ;  • Ᏼᴧюбᴧᴇннᴏᴄᴛь; • Здᴏᴩᴏʙыᴇ ᴏᴛнᴏɯᴇния; • Повествование от первого лица; • Ангст; • Несчастливый финал;• Сонгфик;

         🩸 ✅ꤌꤙક꤯ꤍ𑀱꤯꤀ꤙ 𑀱꤯𑀱꤈ꤕ᥉:

            • Цⲉⲗⲩύ, ⲡⲟⲕⲁ ⲙⲟⲯⲉⲱь.         

       🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩?

?
— Can I get a kiss? — невозможно построить взаимоотношения на лжи, поэтому я без стыда заявляю: я обожаю комиссара Дейва. Обожаю его всего, целиком, без остатка. Каждый раз в его присутствии вмиг рассеиваются все силы, что я тратил на контроль — над собой, над желаниями , над негативными чувствами.

Правильно ли это? Не совсем уверен.

Чужие уста сейчас по-особенному привлекают его наблюдательный взгляд — жадный, явно ненасытный одним лишь видом. Дейв невероятен. Прекрасен. Неоспорим. Его губы кажутся мягкими и влажными — возможно, Кейт всё-таки посоветовала ему пользоваться гигиенической помадой… Это поистине издевательство для тех, кто любит их целовать.

— And can you make it last forever? — под чётким наблюдением Кавински был вынесен самый справедливый на всю Аллотеру вердикт:
«Эмоциональный спектр Лололошки несколько ослаблен потерей воспоминаний, и ко всем новым действиям, которые я оказываю на его тело, нужно подходить с хирургической точностью». — Он давно обратил внимание на эту, несоответствующую старшине, неопытность. Разве может он позволить себе оставить подобное богоповедение без внимания? Никак нет.

Иногда, правда, приходят ужасные мысли — не слишком ли много сил понадобится, чтобы доломать? Но Кавински этого, к счастью, не делает.

Это придавало их отношениям особую изюминку: даже холодная стена нуждается в регулярной поддержке и бережной обработке… и только Кавински заслужил доверие этой стены. Он им не пользовался — ни за что бы не посмел. Да и сам Кавински не таков, каким его можно вообразить.
Убийства могут быть по расписанию… а чувства остаются надолго.

Ему нравится стягивать руки за спину, закрепляя их первым, что попадётся под руку — будь то резинка самого Дейва или ремень, забытый в горе вещей, которые владелец однажды обязательно уберёт.
Дейв знает, сколько сил нужно приложить, чтобы Кавински остановился. Знает, что именно нужно сказать, прежде чем это перейдёт грань и вызовет отвращение. Они, к счастью, до этого ещё не дошли.

Ему нравится целовать эти губы. Это не грубые, не насильственные, не отчаянно страстные поцелуи — они нежны, словно голубые глаза Дейва, словно мясо без единой жилки на кухне Ванессы. Они… Господи, для них просто не подобрать слов.

— I said, I’m ’bout to go to war, — когда Кавински узнал о пулевом ранении Дейва от повстанцев, а не от самого пострадавшего, он, конечно, пришёл в ярость. Тогда он отбросил все принципы, на которых выстраивал отношения с этим человеком, и целовал его действительно зверски.
Не из жестокости — из отчаяния.
Он целовал его так лишь затем, чтобы Дейв вынес урок: чувства должны уважаться обеими сторонами.

— And I don’t know if I’ma see you again… — Кавински не знает, как жить без него. Его уроки оказались плохо донесены до ученика. Впервые он позволил себе слёзы, стоя у статуи, воздвигнутой герою мира.

Я горжусь тобой, Дейв…
Но я ненавижу тебя.

#зарисовка #кавилошки