Среди разнообразных химер, порождённых местной Семитской вознёй™, встречаются поистине завораживающие воображение. Например, с давних пор, моё сознание проваливается в какой-то наркотический трип, когда я вижу словосочетание "Присутствующие Отсутствующие" (англ. Present Absentees). Так называли внутренних палестинских беженцев, то есть тех, кто покинул свой дом добровольно или был выселен, но при этом по итогам войны 48-го года оказался внутри Израиля. По закону "об отсутствующих" их имущество было конфисковано, однако в качестве "присутствующих" им было выдано израильское гражданство. В 52-м году Присутствующие Отсутствующие составляли почти треть всех израильских арабов.

Как сладко выразился писатель Давид Гроссман: "Каждый раз, когда я пишу эту связку слов, я не могу не представить дрожь наслаждения, прошедшую через внутренности бюрократического осьминога, когда чернила в кабинете одного из клерков впервые извергли эти слова на бумагу. Интересно, кто придумал эту комбинацию? Он действовал один или целая компания белых воротничков сидела в напряжённых раздумьях, пока не появился этот двудольный?"

Но не об этой химере я хотел рассказать, а про деревню Барта. Деревню Барта разделяет на две части небольшое вади. Все жители деревни принадлежали к одному клану, история которого восходит к 18-му веку. Они жили вместе, выращивали всякое, женились на двоюродных братьях и сёстрах. В общем, всё как у людей. Но эту пасторальную идиллию разрушило соглашение о прекращении огня между Израилем и Иорданией, подписанное серьёзными людьми на далёком греческом острове Родос. Серьёзные люди прочертили линию разграничения прямо по вади, разделяющую деревню Барта. Таким образом, Восточная Барта - оказалась под иорданским управлением, а Западная Барта - под израильским.

Деревня, где все принадлежали к одной расширенной семье оказалась разрезана надвое государственной границей. Жители деревни пытались поддерживать связь друг с другом: перекрикивались через холмы, запускали бумажные кораблики по водоканалу с письмами друг к другу, устраивали праздники на возвышенностях так, чтобы другая часть деревни могла их видеть. Так продолжалось 18 лет.

Затем, в ходе Шестидневной Войны Израиль оккупировал Западный Берег. И, если в целом среди арабов эти события воспринимаются как трагедия, то для жителей Барты в этом была и положительная сторона: они вновь получили возможность видеться друг с другом.

Однако разный опыт дал о себе знать. В 1987 году старейшина Западной Барты так описывал воссоединение: "Мы внезапно обнаружили, что они - совсем другие. Мы уже прожили под израильским управлением 19 лет. Мы были более современные, эмансипированные и открытые, чем люди с той стороны. К ним было очень сложно привыкнуть. Их внутренние ритмы были иные. Контактировать с ними было неловко и неприятно. Они всё это время прожили под иорданским правлением, а их связи с внешним миром были очень ограничены. <...> [Например], у них человек, который женился, продолжал жить со своим отцом, мы же уже меньше значения придавали отцовским советам и каждый сам решал, как ему жить."

В Восточной Барте к западной родне тоже сформировалась антипатия. Ведь жители западной части - имели израильское гражданство, а жители восточной находились под военной оккупацией. Чувство, что они предатели и недостаточно страдают, - осложняло коммуникацию.

Дальнейшая история двух частей деревни демонстрировала разрыв в сознании некогда единой общности. Например, во времена второй интифады чуть ли не все дома в восточной части были увешаны палестинскими флагами, в западной же - их число было весьма скромным. Уровень участия в различной протестной активности был разный.

И всё же когда строили Забор™ над Бартой решили не издеваться ещё раз. Забор с чекпоинтом обогнул восточную часть деревни, что сделало её доступным анклавом ПНА, не отделённым от израильских территорий. Из-за низких цен в ПНА деревня переживала небывалый экономический рост, так как израильтяне массово ездили туда за покупками.