Итак, привет всем, кто подписался и спасибо!

Предлагаю отвлечься от драматических событий настоящего и поговорить о чём-нибудь другом. Например, о Гражданской войне в Испании. Считаю, что нужно по-тихоньку начинать думать о будущем.

Интересно, что марроканские арабы - мавры - поголовно воевали на стороне франкистов. Причём не просто воевали, а наводили настоящий ужас на испанских анархистов и коммунистов. Это хорошо отражено в песнях времён гражданской войны. Например, наиболее известная песня "Viva la quinte brigada", где солдат-республиканец пишет письмо с фронта своей возлюбленной Кармел. Там есть такие строки: "Мы воюем против мавров, наёмников и фашистов". Другая песня "Si me quieres escribir" рассказывает о прифронтовом трактире, у входа в который стоит моро Мухахммад и приглашает героя отведать ужин из гранат и шрапнели.

Красноречивы и некоторые цифры. Как утверждается, 35-40% военных медалей "За Храбрость" также достались марроканским арабам. Это при том, что их общее число в армии Франка составляло лишь 10% от всех войск. В общем, сражались они отчаянно и самозабвенно.

В чём собственно была причина? Если отбросить сомнительные объяснения, что они воевали с безбожниками-республиканцами, то вообще-то довольно странная ситуация. Зачем им было поддерживать католический крайне правый режим, считая что они ведут священную войну?

- Рспубликанцы отказались предоставить независимость Марокко, который в то время был их колонией. Ну то есть некоторые партии вносили такое предложение, но оно так и не было принято. Революция без анти-колониальной повестки - печальная вещь, но в господствующих нарративах того времени эти тенденции ещё не были максимально отчётливы. К тому же они боялись, что это приведёт к конфликту с Францией, чей мандат распространялся на соседние территории Северной Африки.
- Успех франкистской пропаганды, выставлявшей противников утратившими все духовные традиционные ценности неверными и на удивление ловко созданная для солдат-мусульман комфортная среда. Например, в госпиталях, где лежали раненные арабы, убирали католические кресты. Были и другие примеры.
- Откровенная ксенофобия в рядах республиканцев. Образ мавра изначально ассоциировался со злобным, нецивилизованным, лишённым всего человеческого жестоким разбойником, с которым нужно вести реконкисту. Успехи же мавров на фронтах сражений усиливали эти ассоциации, а заявления видных деятелей испанской революции подливали масла в огонь. Пассионария (Долорес Ибаррури, лидер коммунистов) называла их: «ордами мавров, гадкими дикарями, насилующими наших жен и дочерей». Действительно ли они насиловали кого-то - вопрос дискуссионный, но республиканская пресса зачем-то раздувала этот образ.
- Ситуацию пытался переменить приехавший из Палестины араб-коммунист - Наджати Сидки. В 1936-м году он пытался развернуть агитацию среди мароканских арабов: печатал листовки на арабском и всячески призывал переходить на сторону республиканцев. Его деятельность имела некоторый эффект и десяток-другой человек действительно примкнули к революционерам. Впрочем, картина того, как расстреливают их пленных соотечественников (марроканцев редко брали в плен из страха какой-нибудь жестокой дикарской подлости), довольно быстро оттолкнула новоприбывших. Ксенофобия также давала о себе знать. Сам Сидки вскоре отчаялся, махнул рукой и уехал заниматься подпольной работой куда-то в Алжир.

Вот такая поучительная история про всё хорошее и всё плохое, и их причудливые переплетения. Коммунисты-ксенофобы и толерантные фашисты. Сижу думаю, а за кого будут наши трудовые мигранты? В последнее время происходят самые безумные вещи, так что пофантазировать не грех.