Каждый оттенок в звучании органа – это голос отдельной группы труб (это и определяет его внушительные габариты). Инструмент немецкой фирмы «Александр Шуке» установили в концертном зале Горьковской консерватории в 1960 году. Он построен в стиле эпохи барокко, обладает регистрами и тембрами баховского времени и украшен позолоченными узорами. Внутри – 2349 (!) играющих труб, три клавиатуры для рук и одна педальная (для нее, кстати, пишут отдельную партию). Изначально инструмент проектировали для Московской консерватории, но в итоге в столицу отправился его почти близнец (наш на пять регистров больше). Самый первый концерт на нем дал немецкий органист Вольфганг Шетелих (получил широкую известность как исполнитель Баха). Через неделю выступил профессор Московской консерватории Леонид Ройзман. Оба стояли у истоков органного ренессанса в СССР.
Ежегодно здесь проводятся органные концерты цикла «B-A-C-H», в прошлом году прошел Международный фестиваль «Vox Humana», посвященный юбилею консерваторского органа. А 27 сентября на нем сыграет органистка и музыковед Екатерина Гецелева из Москвы (в свое время именно на этом инструменте она и обучалась).
Инструмент очень хорошо знаком и выпускнику консерватории Егору Нечаеву, и не только по учебе. На нем он проводил ознакомительные занятия для детей, давал концерты и участвовал в мастер-классах. А еще музыкант занимается настройкой и ремонтом органа (его ночную игру как-то прервал камень, брошенный недовольным слушателем в окно):
Как-то раз почти в полночь мне позвонили: во время репетиции отказал клапан, и одна нота стала постоянно гудеть. Пришлось срочно приехать и устранять неполадку прямо во время игры – а внутри органа, когда на нем играют, очень громко. В другой раз, во время ремонта Большого зала, в трубы попало много пыли. Мы доставали каждую трубу, пылесосили, а некоторые – промывали. Из-за этого я целую неделю ночевал в зале. Еще мне довелось послушать концерт изнутри органа – так вышло, потому что в зале не осталось мест. А однажды я даже спал внутри инструмента. Именно благодаря работе с этим органом я стал органным мастером, занялся настройкой и ремонтом инструментов, а позже основал собственную фирму по производству электронных органов.
Сейчас молодой музыкант с командой создает сэмплерные аналоги инструмента (среди полутора десятков изделий и электроорган Orgus, созданный для Нижегородского театра оперы и балета).
Орган – один из самых сложных инструментов в мире. Игра на нем требует высокой концентрации и координации: нужно одновременно управлять руками и обеими ногами, следить за регистровыми рукоятками и держать под контролем звучание. В отличие от рояля, на механическом органе нажатие клавиши приводит не к удару молоточка по струнам, а к открытию клапана, который позволяет воздуху попадать в трубы и издавать звуки. Благодаря этому атака – начало звука при нажатии клавиши – полностью контролируется нажатием пальца на клавишу; при этом сила нажатия не играет никакой роли: звук либо звучит, либо нет. Поэтому при игре важно помнить о регистрах, которые меняют тембр и характер звучания, нужно уметь в них ориентироваться и переключать их.
Фото: Нижегородская консерватория, Егор Нечаев
♥️ VK | MAX | САЙТ