Когда счастье — это насилие

Закрой глаза.
Представь: ты лежишь, и кто-то рядом дышит тебе в затылок.
Ритмично.
Близко.
Тело не двигается — замерло.
Но внутри всё сжалось — не от страха, а от чего-то древнего.
Похожего на возбуждение.
Похожего на ужас.

Это не любовь. Это память.
Это не страсть. Это тело, которое узнало ситуацию.

---

Ты думаешь, что выбираешь людей.
Но это не выбор — это поиск совпадения травм.
Тех, кто коснётся именно туда.
Скажет именно так.
Сделает больно — но по знакомой траектории.

Психотравма тянется к психотравме.
Не случайно. Не романтично. Не фатально.
— Автоматически.
Как язык тянется к сломанному зубу.
Как рука тянется к старому шраму.
Как психика — к роли, в которой ты умеешь выживать.

---

Ты называешь это «химией».
«Притяжением».
Но по факту — это повтор галлюцинации.
Старый сон, в который ты снова входишь.
С теми же словами. С тем же выражением лица.
С той же болью, но другим именем.

---

Ты улыбаешься, потому что так учили:
«Улыбайся — тогда не тронут».
Ты соглашаешься, потому что в детстве это было спасением.
Ты терпишь, потому что нет образца, как иначе.

Это не ты плохой.
Это автоматизм.
Программа.
Тень чужой воли, записанная в твоё тело.

---

И пока ты ищешь счастья — внутри тебя ищется повтор.
Повтор ранения. Повтор тишины. Повтор боли.

И именно поэтому
ты так часто называешь любовью
то, от чего на самом деле хочется исчезнуть.