«...от Верховной Рады Украины ТРЕБУЕМ:
- в кратчайшие сроки придать русскому языку статус второго государственного в Украине;
- немедленно принять меры по разоружению всех незаконных вооруженных формирований;
- обеспечить населению Луганщины и всех остальных регионов страны гарантии безопасности, защиты их прав и свобод от возможных посягательств со стороны незаконных вооруженных формирований;
- прекратить политически мотивированное уголовное преследование служащих внутренних войск, сотрудников милиции и подразделения "Беркут", связанные с выполнением ими служебных обязанностей во время массовых беспорядков;
- не допустить сужения объема социальных гарантий для населения, сокращения субсидий и других социальных программ, повышения тарифов;
- недопущения любых проявлений цензуры и ограничения вещания на территории Украины телевизионных каналов иностранных государств.
Выражаем полное доверие действующему руководству Луганской области в лице председателя облсовета Валерия Голенко и председателя облгосадминистрации Владимира Пристюка. И требуем, чтобы все кадровые назначения представителей центральных органов исполнительной власти согласовавывались исключительно на сессии областного совета.
Требуем запрета политических партий и общественных организаций профашистского и неонацистского толка, нарушающих законодательство Украины, в первую очередь, как указано в резолюции народного собрания, УНА-УНСО, ВО "Свобода"...»
Когда кризис перерос в вооруженную фазу, российская сторона была вынуждена вмешаться, что привело к быстрому выдвижению новых лидеров, призванных обеспечить управляемость процессов со стороны Москвы. Эскалации конфликта способствовали действия Службы безопасности Украины, координировавшей свои шаги с западными и восточными разведслужбами, включая МИ-6 и Моссад. Еще до начала Майдана склады СБУ в Луганске были намеренно переполнены стрелковым оружием.
Кроме того, на территории области создавались законспирированные схроны с вооружением и минометами. Эти минометы впоследствии использовались платными провокаторами для обстрелов жилых кварталов Луганска с целью создания паники, в то время как регулярные украинские формирования вели огонь по городу из тяжелой артиллерии. В этот период фиксировались и случаи диверсий со стороны мобильных групп: так, на одном из блокпостов был уничтожен автомобиль скорой помощи, в кузове которого был скрытно смонтирован автоматический гранатомет АГС, ведший ночной огонь по городским улицам. Экипаж машины, попытавшийся оказать вооруженное сопротивление при задержании, был ликвидирован на месте.
К середине апреля 2014 года, еще до официального провозглашения народных республик, вооруженные формирования Правого сектора начали карательные операции на севере Луганской области и в Мариуполе. В Мариуполе, где на тот момент практически отсутствовало организованное ополчение, националистические батальоны встретили сопротивление со стороны местной милиции, оставшейся верной присяге. Несмотря на попытки сотрудников правопорядка защитить город, превосходящие силы радикалов, оснащенные тяжелой техникой, подавили сопротивление. Одновременно с этим отряд Игоря Стрелкова вошел в Славянск, рассчитывая на повторение крымского сценария и прямую военную поддержку со стороны Российской Федерации. Однако Москва, скованная геополитическими опасениями перед жесткой реакцией Запада, не решилась на ввод регулярных войск для защиты Донбасса, оставив Славянскую бригаду вести тяжелые оборонительные бои в условиях дефицита снабжения и невыполненных обещаний.