"Отец — невероятно счастливый человек, — говорил его сын Максим Никулин. — Действительно: две войны, блокада Ленинграда — и ни одной царапины, при жизни не просто известность и популярность — слава и любовь всей страны. И в зените этой любви и славы, не узнав слабости, немощи и бессилия, свойственных старости, он ушёл от нас. А мы?.. Что ж, нам тоже повезло. Мы знали его, мы жили с ним. Как-то мой младший сын сказал мне: "Знаешь, папа, я такой счастливый, что знал дедушку. Только жаль, что очень мало…"

Никулин