Николь осторожно взяла Миюджи за руку, стараясь не задеть сильно обожжённую ладонь, и задрала рукав. Ей было совершенно всё равно на порезы Миюджи; её волновало лишь то, как правильно снять старые бинты, чтобы случайно не навредить и так еле живой ткани кожи на ладони (плюс, чтобы не доставлять дискомфорт своими вопросами по поводу порезов).
Говори, если будет больно
Сказала она, и, аккуратно сняв старые, грязные бинты, обработала рану и наложила новые, осторожно, но крепко обматывая ладонь и завязывая повязку, чтобы предотвратить попадание грязи. Сделав то же самое с левой рукой Миюджи, Николь почувствовала, что ей стало чуть тяжелее: сжимать глубокую рану на левой руке было рискованно, но оставлять её открытой тоже нельзя. С горем пополам она обработала рану и также туго забинтовала её, при этом молча не зная, как заговорить с Миюджи по поводу вчерашнего.