🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Телеграм-канал Наивная Политология

О спецоперациях в газификации

Украиномания в информационном поле нередко затеняет гораздо более значимые с точки зрения устойчивого развития России события. Например, начавшийся вследствие геополитических событий разворот на Восток способствует развитию регионов, не имевших в актуальной конфигурации потенциала роста. Лишь в условиях конфронтации с Западом, восточносибирские и дальневосточные регионы, наконец, получают давно заслуженное внимание. И если Сахалинский тоннель пока считается нецелесообразным, в отличие от гораздо менее значимого объекта, то ситуация с газовыми магистралями вселяет осторожный оптимизм.

Заявленный маршрут газопровода "Сила Сибири - 2" позволяет охватить Красноярск и Иркутск. Немаловажно и продолжение "Силы Сибири - 1" через Биробиджан. Газификация данных регионов очень важна по экологическим соображениям: угольная энергетика создаёт смог, способствуя постоянному оттоку населения на Юг России - в Краснодарский край, Крым, а также в Москву и Санкт-Петербург. Повышение экологической привлекательности регионов будет способствовать сокращению убыли населения, вызванной совмещением демографической ямы с миграцией жителей. При этом, в случае полноценных рыночных реформ и перераспределения полномочий в сторону регионов, газификация позволит в лучшей мере раскрыть потенциал удаленных субъектов Федерации.

"Сила Сибири - 2" будет проходить через Монголию, что целесообразно с точки зрения улучшения внешнеполитического имиджа, однако совершенно незаслуженно забыты столицы Бурятии - Улан-Удэ и Забайкалья - Чита. Для долгосрочного развития регионов крайне перспективным и выгодным может стать дополнительный, ведущий в Китай, газопровод Жигалово - Иркутск - Улан-Удэ - Хоринск - Чита - Забайкальск, позволяющий значительно нарастить объемы поставок газа в Китай в соответствии с договоренностями. В данном случае не менее важно учитывать множество внутренних факторов, в том числе - снова экологический: указанные регионы, как и примыкающая часть Китая, известны угольной энергетикой, негативно влияющей на здоровье населения. В случае проработки такого проекта следует учитывать не столько экономическую выгоду для "Газпрома", которую, например, предельно трудно найти в "Северном потоке -2", сколько заботу о здоровье и благосостоянии проживающих на данных территориях граждан. Геополитический госкапитализм и прибыль - в принципе не совместимые друг с другом вещи, потому важно учитывать, скорее, долгосрочные стратегические последствия для развития регионов. Подача же газа в китайский регион Внутренней Монголии - это, скорее, дополнительное экономическое обоснование, позволяющее компенсировать низкую прибыльность проекта в течение первых лет до перестройки экономики регионов в условиях сокращения спроса. Экологическая повестка постепенно актуализируется и для Китая, о чем свидетельствуют инвестиции в зелёную энергетику. Важно учитывать и архаичность работающих в регионе угольных станций, предполагающую их замену. "Часики тикают": в случае затягивания проекта встанет вопрос конкуренции с обновляемыми ресурсами - Внутренняя Монголия прекрасно приспособлена для солнечной и для ветряной энергетики, и упущенное время может превратить экспортёра газа в импортёра электроэнергии. Экономическая значимость такой магистрали для федерального бюджета проявится в гораздо более отдаленной перспективе - по мере роста промышленности и восстановления демографии регионов. В краткосрочной же перспективе определенно повысится лояльность избирателей в далеко не самый благоприятный период.

Ресурсная значимость дальневосточных регионов ничуть не ниже украинских, при этом бизнесу, пассионарность которого всегда будет ограничена экономической целесообразностью, не нужно опасаться международно-правовых последствий участия в проектах на данных территориях. Полезно вспомнить и о страхах замещения славянского населения Дальнего Востока гораздо менее прихотливыми мигрантами из Китая, свойственных наиболее патриотичной части общества.