📊😨 Социология показывает, что в российском обществе растёт тревожность, которая нехарактерна для летних месяцев: обычно настроения были спокойные с малой волатильностью. Кроме того, есть малое проседание рейтингов власти и незначительный рост у парламентской оппозиции. Замеры проводились ещё до резонанса с островом Змеиный и обмена боевиков «Азова», и тенденцию скорее следует связывать с социально-экономическими факторами.

Кризис в результате антироссийских санкций, которые последовали за спецоперацией, затронул 73% предпринимателей, о чем сообщают данные ФОМ — обстоятельства вынуждают бизнес менять цены, искать новых клиентов и поставщиков. Угасает авиаотрасль: запасов самолетной техники хватит на 3-4 года, пилотов не выпускают работать за границу, уменьшилось число международных рейсов, южные аэропорты находятся в простое, а в целом компании не первый месяц терпят убытки. Растут тарифы на коммунальные услуги. Несмотря на оптимистичные данные Росстата о снижении общего числа безработных, реальные зарплаты населения в апреле сократились на 7,2%, с начала года растет количество безработицы в отдельных областях — без работы остаются курьеры, водители, работники пищепрома, автопрома, а десятки тысяч и вовсе не попадают в официальную статистику, находясь под маскировкой благозвучных формулировок — возьмём тот же «простой».

Наиболее всего от последствий страдает «средний класс», который и без того последние десять лет сужается в процентном соотношении — эта группа имеет склонность к политизации, пример чего все видели на событиях «Болотной/Сахарова», протестной активности на выборах депутатов Мосгордумы и других. Коммуникация власти с соответствующей группой населения проходит не так гладко, а в условиях резкого падения уровня жизни и разрыва прежних социальных контрактов, начинает расти количество взаимных требований и противоречий. Государство требует лояльности, но ничего не даёт взамен, дополнительно ограничивая базовый для «среднего класса» комфорт — запрещает туристические поездки в ряд стран, блокирует доступ к «неблагожелательным» соцсетям и интернет-ресурсам, расширяет инструменты цензуры, усиливает репрессии и так далее.

Прежняя ставка на лояльность элиты и «глубинного народа» тоже тихонько расшатывается. Истеблишмент потерял активы за границей и стал «невыездным» от санкций, что он пытается скомпенсировать за счет внеочередного перераспределение ренты по ходу внутриэлитной борьбы, где негласные правила также перестали действовать, о чем говорит вчерашнее задержание близкого к внутриполитическому блоку АП ректора РАНХиГС В. Мау. В силу того, что внимание «арбитра» сосредоточено на более глобальных вещах, такие конфликты рискуют превратиться в постепенное самопоедание Системы в целом. Рядовое население же пребывает в патриотическом экстазе от перспективы вхождения новых территорий в состав РФ, спецоперации и «изменения миропорядка», о чем сигнализировали социологические показатели последних месяцев, однако такие настроения трудно поддерживать на долгой дистанции — постоянно нужна подпитка новыми победами, которые бы объясняли россиянам необходимость будущих лишений.

Неопределенность по срокам спецоперации и непрогнозируемость выбора сценария исхода событий подтачивает линию идеологического обоснования СВО, а удары по имиджу силовиков и экономических властей за последнюю неделю частично разрушают первоначальный «информационный пузырь», в который поместили народ. Общую ситуацию усугубляет «закручивание гаек» и разговоры некоторых околокремлевских политологов о бессмысленности избирательного права и демократии — Система в патриотическом кураже зачистила возможности населению для «выпуска пара», внесистемную оппозицию вывела за границу, а парламентскую — власть держит на короткой привязи.

Фактически руководство страны оставило себя один на один с народом без какого-то буфера, на которого можно свалить внутренние проблемы и внешние провалы, и, потому, в случае появления массового недовольства, оно станет единственной целью негативно настроенных масс.

@kaktovottak