Очередной виток паники на заправках напоминает ковидный 2020-й, когда самые предприимчивые граждане сметали с полок туалетную бумагу и гречку, создавая дефицит там, где его не было. Недавно эстафету приняли канистрофилы: люди, видимо, готовились к концу света, заливая бензин во все щели, словно завтра нефтяные скважины иссякнут навсегда. Дошло до того, что губернатор Моор отчитался в соцсетях, дескать, запасы в регионе есть, ограничения – временная мера. Что в переводе – хватит скупать бензин канистрами и истерить. Но кто ж слушает, когда в голове стучит древний инстинкт «хватай, пока можешь»?

Ну, допустим, бензин завтра действительно исчезнет с АЗС. Не навсегда, конечно, но все же. Что дадут эти запасы? Пару недель спокойной езды и… все. А потом вы сядете на мель ровно в той же точке, что и все остальные, с той лишь разницей, что потратили несколько часов жизни и нервов на создание запаса, который не вечен. Какой в этом стратегический замысел, если 40 литров – это полный бак обычного автомобиля? Для 90% машин при разовой заправке большего обычно и не надо. Если бы все просто ездили с этим ограничением и не создавали панику, в жизни этих самых ажиотажистов ничего бы не поменялось. Логика подсказывает: если произойдет худшее, запасы станут лишь короткой отсрочкой, а не спасением. Но паника, как известно, не дружит с арифметикой.

Самое дурное в этой ситуации то, что под удар попадают люди, которым бензин нужен для реальных нужд: спокойные автомобилисты, не участвующие в панике, владельцы генераторов, остающиеся без света при авариях на сетях, дачники с газонокосилками, которым топливо необходимо по сезону. Но их места в очередях занимают те, кто своими руками создает искусственный дефицит из воздуха. Получается классический замкнутый круг: люди сами пугают себя, бегут закупаться, создают ажиотаж, а потом искренне удивляются, почему возникли топливные ограничения. Хочется верить, что эта заправочная лихорадка сойдет на нет уже на этой неделе – и тогда все эти многочасовые очереди окажутся лишь эпизодом, о котором будет неловко вспоминать.